Пустошь забвения

 – За один день ты вырос в пантеру с крыльями, а вот уже прошло два дня, а мы никак не изменились! Все не так просто, как мы думали… Что-то мы не учли…

Кот удобно расположился на детской кровати, и по привычке вылизывал свою шкурку:

– Иногда, развитие идет не поступательно, а скачкообразно, – философски размышлял он. – Мы уже достаточно вспомнили, чтобы бороться с колдуньей…

– И ты успокоился? – возмутилась Морена. – Твое спокойствие равносильно предательству! Посмотри на себя! – крикнула она в раздражении.

Кот забеспокоился, вскочил и посмотрелся в зеркало:

– Что? Что такое? – придирчиво оглядывал себя и фыркнул. – Уф! Ты меня напугала… Я уж подумал, что я опять стал ободранным черным котом.

Он осмотрел свою серебристую чешую, и остался вполне доволен.

– Да! – отчитывала мужа Морена. – Ты в душе пока еще черный ободранный кот! Жалкий и трусливый!

Морена отвернулась от него и стала смотреть в окно:

– Хорош отец! Дети ему еду добывают, уступили свою кровать, а ты…

Кот благодушно потерся головой о колено жены:

– Не волнуйся, маленькая моя, прозрачная женушка! Все идет хорошо.

Колдунья теряет силу…

Морена отстранила его рукой:

– Она стареет, но кто сказал, что она теряет силу? Ты в этом уверен? Она просто сейчас занята своей внешностью больше, чем другими проблемами. Неужели ты забыл о ее коварстве и хитрости? У нее есть волшебный шар, в который она может видеть все, что захочет… Может быть, в этот момент она наблюдает за нами…

– Тьфу-тьфу-тьфу! – сплюнул кот через плечо.

 – Только не это! Я лучше посижу в шкафу…

И кот полез в шкаф. Морена тяжело вздохнула и решила найти подсказки в их бывшем доме, разыскать свою комнату и осмотреть ее.

– Может быть, там воспоминания придут ко мне… – подумала она и тихонько вышла из детской.

Кольцо с изумрудом и железная корона

Морена неслышно следовала по дому, заглядывая в комнаты, нашла парадный зал, который тонул в полумраке. Паутина свисала с потолка, толстый слой пыли покрывал все предметы обстановки.

Портреты предков еле-еле проглядывали из своих рам и с укором следили за ней. Она всматривалась в их лица и ждала подсказки, но они сурово молчали. Морена подошла к портрету женщины и долго разглядывала ее лицо.

– Кто ты? – спросила она сама себя. – Моя мать, или бабушка? А может быть, это я?

Лицо женщины с пышной пеной белокурых волос, было спокойно, глаза светились бирюзовым светом, на устах играла легкая улыбка.