Серия рассказов «Космическая бесконечность». Третья часть книги «С чего все начиналось»

 – Он нажал на кнопку и жалюзи иллюминаторов открылись. Все подошли к окну в космос. За ним была та же пустота, с лучом прожекторов корабля, как на мониторе.

– Видите? – Лев показал на конец светового луча рукой. – Это двойная стена, луч заходит за вторую. Две преграды, словно из толстого стекла. Мы не сможем идти дальше.

Начались долгие споры, но все же все пришли к соглашению о возврате домой.

На Земле, в командном центре, было решено скрыть тайну о «крае вселенной», чтобы не началась паника среди людей.

Для прохождения в черную дыру, была снаряжена другая экспедиция.

В ней участвовали те же члены команды, но уже со своими женами, однако даже они, и многие поколения спустя, не узнают правду:

О том, что наша галактика лишь атом, где Солнце в нем – нуклеон[9 - Нуклеон – центральное «ядрышко» внутри мезонного кольца в ядре атома.]. Черные дыры – это скрепление атомов. Они образуют целую цепь, в конце приходящую в единую, существенную материю – золотой самородок, что поднял сейчас темнокожий раб на рудниках Та-Кем[10 - Та-Кем – черная земля.

Так называли в древности свою страну египтяне.]. Он посмотрел на него, подняв рукой к небу. Ноги, кончики ушей, хвостик, округлое тело и хобот со сломанными бивнями… да, это силуэт степного слона. Как же он любил их, пока не попал в «черную землю».

Он настолько залюбовался золотым слоном, что забыл обо всем, но плеть надсмотрщика, напомнила ему о том, кто он и где он. Раб знал, что ему не протянуть здесь и полгода, как и тем, кто сейчас рядом с ним.

«На то воля Богов» – думал он, усердно принимаясь за тяжкий труд под палящим солнцем

Надсмотрщик забрал самородок и отвез его в Мемфис[11 - Мемфис – древняя столица Египта.], фараону, с целью перевестись на другую работу. Но «великий дом»[12 - Великий Дом – наименованме царя, откуда пошло древнееврейское «фараон».], приняв прекрасный самородок, оставит надсмотрщика на своем месте – зачем менять его, если он выжимает из своего участка больше остальных. Самородок же фараон переплавит вместе с другим золотом на чаши в свою гробницу.

Но и этот мир не предел.

Он, как и предыдущий, всего лишь атом, в букве газеты, что читает сейчас пожилой англичанин, сидя на лавочке в парке, а его мир атом в окрошке, что ест сейчас русский мальчишка, ерзая на стуле, в прохладной веранде. И его мир не предел – потому как предела нет, и так будет до бесконечности, в мире «рожденном космосом».

Наш мир не изучен, и вселенную нам не изучить никогда, пока не познаем себя.