Душа. Сборник стихов

Демон рычит, перевес ему явно не нравится

И от досады с жестокостью мучает плоть.

Бьюсь в агонии, значит мой демон играется,

Вскоре я буду протухшего мяса ломоть.

Птицы слетелись на трапезу, почиют падалью,

Впрочем, а кто я, еще так бесцельно прожив?

Даже сейчас, ты всмотрись, сколько яда лью

За свою грешную жизнь, умудрившись скопить.

Только они и трава во мне видят хорошее,

Вобрав для свершений, частицей, мое естество.

Я перестал для всех быть тяжкой ношею.

В процессе распада узрев для себя колдовство.

О РПЦ

Пасмурно на душе, нет боле Бога в церквях.

Сребролюбие нынче украшает каноны.

Иерархии строгой, где друг друга едят

И без страха взирают толпой на иконы.

Ношей крест золотой, что уж пудом отлит

Привлекая не кротость, а хищные взгляды.

Лишь церковный набат по их души звенит,

Что греховным наполнены ядом.

А лампады чадят, в них не ладана вкус,

То бесовских жаровен услужлива копоть.

Они алчность с гордыней познали на вкус,

Театр зла продолжает им хлопать.

Спит их совесть давно, улетучился страх

Перед Божьим врагом, век из века.

Ибо нет на земле, в недрах и небесах

Никого, кто страшней человека.

Молчи! Не нужно пылких слов

Молчи! Не нужно пылких слов.

Игра на публику, базарам встать Востока.

Любовь без чувств – есть похоть, не любовь,

Ее ты не познал еще до срока.

Зачем совсем не уважать себя,

Крича слова пустые всуе,

Прохожим, что герольд трубя,

Когда готов обнять любую?

Так низко пасть и быть рабом страстей,

Быть сластолюбцем, алчущим порока.

Внутри пустым, и пустотой своей,

Не видеть в чувствах истинного прока.

Твои слова беспочвенны и в них таится ложь,

В них нет той твердости, что свойственна мужчине.

Раз их назад ты столь легко берешь,

Показывая гнусность всей личины.

Так что молчи, гонимый ветром вдаль.

Лишенный счастья и его искомый,

К кому однажды постучит печаль,

Рисуя образ, сумрачный, знакомой.

Убийца

Ступаю осторожно- дичь бы не спугнуть,

Клыками, разрывая провод жизненной аорты.

Сегодня повезло, ведь не заметив суть,

Твои деяния и память ныне стерты.

Лишь миг агонии и вечной тишине,

Завещан будешь весь и без остатка.

Разбившийся сосуд, испачканный в вине,

Познавший истину, что жизнь ничтожно кратка.

Свое я взял сполна и спешно ухожу

В лесную глушь, вновь избегая взора.