Рядовые Великой Отечественной

Барский районный военкомат в этой прифронтовой сумятице не сумел и не успел организовать мобилизационный призыв в Ялтушкове. Николай Бачинский остался дома.

Буквально по пятам ушедшей армии в село ворвались немецкие мотоциклисты. За ними пришли кавалеристы из «Венгерского подвижного корпуса». А уж после – основательно расположилась отдельная рота охранного полка СС. Началась фашистская оккупация. Николаю Бачинскому исполнилось тридцать четыре года.

В селе немцы учредили комендатуру, канцелярию, назначили бургомистра, сформировали отряд полиции из струсивших окруженцев и местных предателей.

Приказы захватчиков, расклеенные на заборах да на стенах больших зданий, были четки и суровы:

«за укрывательство красноармейцев – расстрел»;

«за хранение оружия – расстрел»;

«за большевицкую пропаганду – расстрел»;

«за нарушение комендантского часа – расстрел»;

«за невыход на работы – расстрел»;

«за оскорбление немецкого солдата – расстрел».

В закрома «Великого Рейха» оккупанты вывезли все зерно нового урожая, весь скот, всю птицу.

Вся продукция небольших местных заводов, сахарного, пивоваренного, винокуренного, кирпичного, тоже пошла в эту прорву.

Осенью 1942 года дошла очередь до детей. И парни, и девушки, вся молодежь в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет подлежала отправке в Германию на принудительные работы.

Концу оккупации, концу войны, концу горя человеческого не было предела. Защиты от ушедшей Красной Армии и от далекой Советской власти не видать было из далекой украинской глубинки.

Николай Бачинский, плоть от плоти народной, жил на своей родной, но порабощенной земле, растил хлеб и отдавал его фашистам, выходил на ремонт дорог и мостов для фашистов, возил своей лошадкой обозное добро для фашистов. Хотел Николай, чтобы семья его не погибла от голода или под расстрелом. Как и весь наш народ он люто ненавидел оккупантов.

А на Винничине было неспокойно.

В глубокой тайне, вдали от людских глаз, вросло в тело украинской земли бетоном и сталью, отгородилось от мира колючей проволокой и минными полями, ощетинилось пулеметными вышками, «Волчье логово».

Там разместилась ставка самого Гитлера.

В бескрайних лесных чащобах края сходились в кровавых схватках солдаты Армии Крайовой и бойцы Украинской повстанческой армии, советские партизаны и эсэсовские головорезы.

До жителей села Ялтушков доносились лишь дальние отголоски тех грозных событий.