Наковальня судьбы

– Ну, чувак заказал портрет своей девушки.

– Деву-у-у-шки… Не смеши. Подцепил плечевую на трассе.

Люся сунула рисунок Данко, при этом помяв его. Демонстративно вздохнув, Данко нажал на принтере клавишу повтора. Испорченный рисунок он порвал и бросил в корзину. Люся игриво посмотрела на Данко.

– Данко, а почему ты меня никогда не рисуешь?

– Ты не просила.

– Не на заказ. Просто так ты не хочешь нарисовать меня?

– Нет.

– Ты рисуешь только за деньги?

– Тебе не понравится, если я нарисую тебя, как вижу.

Люся приняла соблазнительную позу.

– А как ты меня видишь? Голой?

– Нет. Такой. – Данко спародировал сексуальные, провоцирующие движения Люси. – Я та-а-а-кая классная. Меня все хотят. Чувак, ты следующий.

– Придурок! – взбеленилась Люся. – На себя посмотри. Урод. С тобой ни одна трахаться не захочет.

Люся выскочила из офиса. Ее каблуки выдавали стаккато, пока она мчалась по коридору в зал. Оскорбление особо не задело Данко. Оно не соответствовало действительности.

У Данко были девушки.

Но секс разочаровал его. Обманул его ожидания. Он испытывал облегчение, но не более чем если сделал бы все сам. Данко отталкивала заурядность и примитивность этого действия. Его глаз рисовальщика хватал и надолго запоминал какие-то коробившие его детали вроде подозрительного пятнышка на трусиках. Но хуже всего было чувство вины и стыда за то, что похоть взяла верх над интеллектом, унизила его воображение. После секса огонь фантазии и созидания притухал, тускнел. Все, что выходило из-под его карандаша в такое время, было мертво и не стоило потраченного времени. Его выводили из себя нудные и навязчивые усилия девиц после перепихона втянуть его в какие-то совершенно неинтересные и ненужные ему отношения. Данко сам отказался от секса.

Вернувшись в зал, Данко отдал клиенту рисунок и получил деньги. Он дорожил холодноватым и сдержанным дружелюбием Дегтярева, поэтому никогда не навязывал ему свое общество. Но сегодня он явно был у своего кумира в фаворе. Сначала Артём попросил нарисовать портрет подонка, попытавшегося организовать в «Щучьей Заводи» точку сбыта наркотиков, но быстро изгнанного Ольгой.

И вот теперь он снова подошел к Данко.

– Что за диво в вашем гадюшнике? – спросил Артём, показав на Фрези.

– Это Фрези.

– А в реале, как ее зовут?

– Не знаю. Мне как-то в голову не приходило спрашивать.

– А, ну да, – сказал Артём, сообразив, что и Данко в реале зовут не Данко. – Тогда познакомь меня с ней, скажи, что я Хан Соло.