Наковальня судьбы

Данко взвалил коробку на плечо и понес в таверну.

Данко, художник, нарисовавший афишу для Фрези, работал в «Щучьей Заводи» разнорабочим. Но по вечерам, когда таверна наполнялась гостями – дальнобоями, пацанами из города и просто случайными путешественниками, – Данко становился художником.

На планшете он рисовал портреты фартовых парней и их подруг. Это был его приработок.

Зал таверны был оформлен в рыбацком стиле, что соответствовало ее названию. Мебель деревянная, на окнах занавески в виде сетей, на стенах висели резные, раскрашенные панно с рыбами и одно, самое большое, с русалкой.

Люся сразу увидела Егора и Фрези, как только они вошли в зал. Она прекратила кокетничать с двумя мужиками, которым принесла заказ, и направилась к Егору. Она смотрела только на Егора и заговорила с ним так, словно Фрези рядом не было.

– Приветик, Егор. А мне тут как раз нужна мужская сила. Поможешь притащить кое-что из подсобки?

– Не вопрос.

Егор скинул с плеча рюкзак и отдал его Фрези. Вторая официантка Рита проследила, как Люська зацепила Егора и потащила его в подсобку. Она поздоровалась с Фрези, которая прошла мимо нее в гардеробную. У нее мелькнула мысль посоветовать Фрези присмотреть за своим парнем и не оставлять его наедине с Люськой, но она еще мало знала певицу. К тому же Фрези не отличалась общительностью. Рита решила, что не стоит лезть не в свое дело.

Егор Вереск вошел в подсобку и осмотрелся.

– Ну, давай, показывай, что тебе тут надо?

Люся закрыла дверь, подошла к Егору и обняла его. Притянув его голову, она впилась ему в губы. Егор схватил Люсю за плечи и оторвал от себя.

– Ты чего? – Егор вытянул руки, отодвигая Люсю от себя.

Люся облизала губы.

– Сладко, – улыбнулась она. – Ты спросил, что мне надо? Вот и ответ – ты.

– Прости, Люся, С этой проблемой я тебе не помогу. Если ты не заметила, у меня есть девушка.

– Девушка? А я думала, это парень с тобой.

– Да пошла ты, – Егор оттолкнул Люсю.

– Ау! Мне больно! – вскрикнула она.

– Черт.

Люся спустила блузку, обнажая плечо и грудь в соблазнительном бюстгальтере. С гримасой притворной боли она гладила свое плечо.

– Смотри, что ты сделал. Теперь синяк будет. А может, ты мне плечо вывихнул, здоровый дурак.

Егор растерянно смотрел на Люсю. Умом он понимал, что она прикидывается, но его мужской инстинкт отозвался на жалобный тон.