Поле синих васильков. История дружбы, изменившая его мир

Испытывающий удовольствие от чужих страданий он пил боль как настоявшееся вино, но, не смотря на сотни убийств, он все никак не мог насытиться им, как умирающий от жажды в пустыне не может насытиться глотком воды.

Глава 2: Смерть приходит в гости

Лес. В тени раскинутой от пышных дубов и высоких густых сосен по узкой слабо вытоптанной тропе несется карета в упряжке из четырех уставших лошадей. Их гнали уже третий день и почти не кормили, лишь по вечерам давали половину ведра овса и воды.

И дураку ясно, что с такой пойкой лошади долго не протянут, тем более что перед отъездом им даже не удосужились проверить подковы и одна из бедолаг уже второй день мучается от нарывающей занозы.

Дорога была настолько не объезженной, что кучер с трудом справлялся с повозкой. Редко кто скакал прямо через лес, обычно из-за страха разбойников или историй о нечисти, живущей в лесу, его объезжали стороной. Этой дорогой пользовались в редких случаях, только когда кто-то очень спешил и видно это был тот самый случай.

Разбивая подковами слабо протоптанную тропу, лошади оставляли за собой клуб дыма, закрывающий весь лес. Карета вылетела из леса и поехала мимо кукурузного поля, на каждом чучеле которого отдыхали уставшие вороны. Вдалеке же виднелось что-то похожее на город, видно туда и спешили гости.

Внутри, за закрытыми шторами окнами, через которые просачивался свет ярко-желтой лампы, находилось четыре человека. Уставшая от долгой поездки девочка пыталась уснуть, уложив голову на мягкие как одуванчики мамины колени, но яркий свет от висевшей на окне лампы резал ей глаза и не давал сделать этого.

Ее отец сидел напротив с вечно хмурыми и сведенными от размышления бровями, постоянно занятой и почти не уделявший внимания своей дочери. Даже собственной жене он уделял внимания меньше, чем ей хотелось бы, а хотелось ей совсем не много.

Одной рукой женщина не спеша поглаживала дочь по волосам, создавая у девочки легкие мурашки, а другой держала спящего еще, совсем крошечного и закутанного в пеленку младенца – единственного кому было все равно, куда они едут и зачем.

А планы были просты, мужчина собирался разобраться с делами своего брата на тот момент короля. Их отношения были далеко не братские, поэтому, как только появился намек на то, что король может лишиться своего места, младший брат уже мчался на всех порах как голодавший весь день пес, которому наложили покушать.