40 ночей с монстром

А вот девчонка от Суаресов, тех, что из года в год опровергают всю муть о том, будто в современном мире больше нет рабов и никто не должен торговать людьми…

Да, подаренная девчонка заинтересовала. Наверное, потому что отличалась. От всех тех девиц, что обычно стелились передо мной. Видно, что недотрога. И реально нетронутая пока ещё никем. По одному её запаху – сразу понятно. Тонкий аромат орхидей с отголосками амбры… Чистый. Не испорченный. Я словно в какую-нибудь грёбанную оранжерею попал, лишь раз вдохнул.

Да так и завис, разглядывая, как длинные светлые локоны рассыпались по хрупким плечам до самой поясницы. В небесно-голубом взоре – хоть утони, настолько бездонный. Пухлые губы… и не вспомню, когда в последний раз у меня так быстро вставал. И это только при взгляде на них, стоило представить всё то, что они могут дарить.

Зачем тогда отпустил?

Всё равно ведь надолго ей в этих краях сохранить свою чистоту и невинность не удастся. Тем более в одиночку. Не там, где кругом либо убийцы, либо торговцы людьми, сутенёры, либо контрабандисты, воры, насильники и наркоманы.

Такая уж у нас судьба, у отверженных оборотней, изгнанных из своих стай сюда.

Но и…

Отпустил, да.

Я ж не Суарес. Как и прямо ей об этом сказал. Я с таким дерьмом возиться не хочу. Своего достаточно. Тем более, что она – человек. Слишком хрупкая. К тому же, я не до такой степени жалкий, чтоб заставлять кого-либо мне отсосать. И без неё найдутся. На добровольной основе. Куда более выносливые – наши волчицы.

Какая разница, в кого вставлять, если итог всё равно один? Одинаковый.

Тем более, что и без неё было, на чём действительно стоило сосредоточить своё внимание.

Ортисы… не явились. И хорошо. Только толпы проституток мне в моём родовом поместье не хватало, с учётом вида их основной деятельности. С другой стороны – проявление такого игнора моего обретённого права, совсем не хорошо. Для них. Потому что я не могу проявить слабость и не проучить засранцев, напомнив о том, кто тут сильнейший.

Хоть раз «не замечу», потом по-любому совсем обнаглеют.

Соответствующие распоряжения тоже отдал.

Чуть позже – навещу лично.

А пока…

Так и продолжил стоять у окна, зачем-то вспоминая, как отпущенная мной девчонка удрала, сверкая босыми пятками, пока пересекала уложенный брусчаткой двор поместья Вега. Наверное, потому что тем самым напомнила младшую сестру. Ту, что ушла из семьи, и больше не с нами.