Высокоблагородие

 – И что главное, спрашиваю её, она молчит… Девки дерутся, так крик стоит на всю околоточную, а эта ни звука, немая мож?

Гавриил приподнял ее голову за подбородок, откинул волосы и пристально, профессионально посмотрел в глаза.

– Рот открой, – спокойно, но значительно приказал Гавриил Панкратович.

Молодая цыганка не повиновалась.

– Немая, говоришь?! Но понимать понимает, – подытожил советник. – В участок ее! Живо!

– Слушаюсь, ваше высокоблагородие, – отрапортовал садовник. – Щас с мужиками дотащим…

– Не надо с мужиками, – прошипела цыганка.

 – Добровольно пойду!

«Смелая!» – подумал Гавриил, глядя на нее. «И хитрая!»

– Сбежать не получится. Лично поведу, а рука у меня железная, мне твои укусы, как комариный писк.

– Не боишься яда, Ваше благородие?! – дразнила цыганка, сверкая карими глазами.

«А глаза у неё отменные, завораживающие», – мысленно оценил Гавриил.

– У меня противоядие есть!

Михаил Васильевич суматошился, не зная, с какой стороны подступиться к незваной гостье.

– Может, денег ей дать? – предложил Михаил Васильевич. – Зачем ты ко мне пожаловала?

– Ошиблась… дома похожие…

– Зачем украла Лизу!? – громко ошарашил советник, чуть дрогнув голосом на имени пропавшей.

По долям секунды её замешательства он понял – попал в точку.

Через пять минут галерея зимнего сада наполнилась людьми. Перемешались дворовые и домочадцы, все галдели, показывая пальцами на гордую цыганку, которая только усмехалась краешком красного рта.

– Довольно! Вон пошли! – не церемонясь и не взирая на сословия, прогремел Гавриил Панкратович.

Будто осенним порывом ветра унесло разноцветную охапку листвы. Галерея опустела. Остались только трое – садовник, исподлобья поглядывающий на пленницу, притаившись за дверью зимней теплицы; хозяин дома – Михаил Васильевич, да сын хозяина, Всеволод, восхищённо взирающий на цыганку.

– Ты не из пугливых, потому скажу просто – на каторгу пойдёшь в два счета. Веришь в мои предсказания?

После громоподобного крика, голос Гавриила слышался неестественно тихим.

Он присел на табурет напротив цыганки. Не пряча взгляд, она пристально посмотрела на него, но через несколько секунд опустила ресницы, не выдержав устремлённого стального взора советника.

– Тебе не найти её… Она сама так решила…

– Зачем сюда пришла? – медленно спросил Гавриил Панкратович.

Цыганка молчала, разглядывая то пол под ногами, то стеклянный потолок сада, избегая смотреть в глаза.