Происшествия в Токио. Драматургия

Вы думаете? Вы всегда так говорите… Все всегда так говорят, делают укол, а потом…

Медсестра. Чщ-щ-щ… Тише… Не дергайтесь, лежите, сейчас станет легче… (гладит его по голове, Юровский неожиданно успокаивается и затихает) Видите?… Чувствуете?…

Юровский (тихо). Да… Легче… Вы тут давно? Мне кажется, я не видел вас здесь раньше…

Медсестра. Второй день. Я после курсов только.

Юровский. Курсы… Милая девочка… Как вас зовут, милая девочка?

Медсестра. Мария. Маша.

Юровский. Маша… Маша?! Маша… (начинает снова метаться, медсестра удерживает его – вдруг резко застывает) Глаза… Какие у вас глаза… Синие…

Медсестра (с улыбкой).

Ага. Я как родилась – глаза на пол-лица были. Папа очень веселился – все дразнил меня, называл – «машкины блюдца».

Юровский. Что?! Как вы сказали?!

Медсестра. «Машкины блюдца».

Юровский. Так их называл – кто?! Ваш отец?!

Медсестра. Да. Лежите смирно, чщ-щ-щ…

Юровский. А кем он был, ваш отец?

Медсестра. Да я и не видела его почти… Он погиб в Гражданскую, где-то на Урале…

Юровский.

На Урале?!

Медсестра. Где-то там… Не знаю даже место… Я была совсем маленькой, а он… Он… Помню, как он целовал меня, щекотал усами и бородой, у него была такая небольшая борода, я потом видела на фото…

Юровский. Борода, да, борода… А как звали вашего отца? Случайно, не Николаем?

Медсестра. Откуда вы знаете?

Юровский. Я?! Я?! Я-а-а-а-а!!!! (кричит, бьется – Медсестра в ужасе отпрянула, – но вдруг застывает) Вы знаете, Мария, кто я такой?

(Медсестра растерянно качает головой в отрицании, затем начинает перебирать историю болезни)

Юровский.

Не трудитесь. Меня зовут Яков Юровский, и я…

Медсестра. Тут написано. Вы – директор Политехнического музея.

Юровский. Это сейчас. А когда-то раньше я… Мария, однажды я убил нескольких людей. Несчастных людей, запутавшихся людей – и невинных людей. Нет, я, конечно, убивал не только невинных, я убил даже одного страшного злодея, ужасного человека… Вы хотите знать, кого я убил?

Медсестра.

Да что вы такое говорите? Это у вас бред…

Юровский. Никакой это не бред. Мария, так скажите мне – вы хотите знать, кого я убил?

(Медсестра завороженно смотрит на него – между Юровским, глядящим на нее безумным взглядом, и ею самой возникает напряженное пространство долгой-долгой паузы)

Юровский (четко, громко, ясно, без тени боли в голосе). Мария, я убил человека, которого звали так же, как и вашего отца. Я убил последнего русского царя.