Тихая глубинка. Проза

Вот, допустим, с крыши сарая можно… Не навернуться только бы с него…

Он положил перед «Чужаком» колоду.

– Тащи карту на цвет. Две красных – две жизни; две чёрных – две смерти; красное-чёрное – жизнь и смерть… Сам выбираешь – кому что… Ну, а я, как выигравший, делаю заказ…

– Мне – что? – спокойно ответил «Чужак» – По хрену, где и когда помирать. Один я остался… Ни кола, ни двора… Сдохну – никто жалеть не станет. Думал у вас тут начать новую жизнь, бабёнку какую найти, одинокую… Да вот опять в дерьмо вляпался…

Он отсчитал двенадцать карт, взял тринадцатую и, высоко взмахнув рукой, открыл её перед всеми.

Красное… Выдохнул громко… Отсчитал снова двенадцать карт и доверил во второй раз судьбу «несчастливому» номеру… Красное…

– Тебе повезло, «Чужак», – похлопал «Кучерявый» его по плечу, – Но радоваться рано…

– Я готов, – уверенно сказал «Чужак». После того, как судьба дважды смилостивилась над ним, он как-то вырос в собственных глазах. И даже на мгновение почувствовал себя счастливым человеком.

– Магазинчик видел напротив церкви? «Милости просим» называется…

– Видел, но предпочитаю что-то покупать в Торговом Центре.

– Зря, между прочим. У Маринки товар – высший сорт. И дешевле… Но вот она, прикрываясь связями и сынком своим авторитетным, никому ничего не отстёгивает. А это неправильно! Я один раз намекал ей по-хорошему, но она не приняла к сведению. Даже когда колёса проткнули – не приняла… Надо принимать более серьёзные меры… Вот ты и примешь… Никто тебя толком в районе не знает.

– И как я приму меры? Там и кнопка охранная есть, наверное, и телефон под рукой… Да, и народ до закрытия шастает.

– Закрывается она в восемь часов. Темнеет уже на улице… Я наблюдал: все уже по домам сидят. Придёшь, ножичком перед лицом помашешь… И предупредишь – мол, нельзя обижать честной народ. Мы же гарантируем ей спокойное процветание… Но не вздумай чего большего сотворить! Хватит с нас пока одной «мокрухи»…

Коротков сделал глоток самогонки и продолжил:

– Маринку тронешь – сын потом всю землю перевернёт.

Он и так перевернёт, но я постараюсь найти и на него управу. Не всем тут его успехи нравятся… Цинкануть можно в органы…

Тут подал голос «Дылда».

– Вот говоришь – цинкануть… Не обвинят нас авторитетные люди в стукачестве?

– Пускай обвиняют, я с ними не в одном котле. У меня свои законы.

«Дылда» в ответ разумно промолчал.

– И когда мне прописываться таким образом? – спросил «Чужак».