Тихая глубинка. Проза

Правда, никакого феодала он не обнаружил, когда вошёл внутрь: официантки сновали длинноногие, с восковыми лицами от перенасыщенного макияжа. Да важно расхаживал армянин-администратор…

Но прежде, чем удобно развалиться в простеньких креслах «Гиацинта», Марина отвезла Игоря, как и обещала к памятнику павшим во время Великой Отечественной Войны. Памятник построили напротив Центрального Дома Культуры. Наверное, учитывая то, что после проведения различных акций люди всей толпой шли прямо в большущий зал Дома Культуры, где обычно потом толкали речи городские чины.

Заканчивались мероприятия помпезными концертами.

Игорь медленно приблизился к подножию памятнику, произнёс про себя слова из песни знакомого автора-исполнителя – «Спасибо вам за то, что мы живём…» и возложил цветы.

Когда они потом решили пройтись по аллее Славы, берущей начало прямо от подножия, он спросил Марину:

– Вот скажи… Понятно, за что отдавали жизни герои Великой Отечественной Войны. За то, чтобы мы сейчас разговаривали на русском языке.

За то, чтобы каждый человек, родившийся в России, имел возможность поцеловать свою землю, сохранить право на Отчий дом и прощение Матери. Чтобы наши дети искренне дорожили историей страны… Это, конечно, пафосные слова, но, на мой взгляд, они правильные. Ну, и – любить по-русски! Куда ж – без любви? Но за какую идею рассталось с жизнью это рыжее чудило????

– Наверное, обзавёлся проблемами несовместимыми с жизнью, – предположила Марина.

– Мариш, не думаю, что он страдал тяжёлым онкологическим заболеванием.

А по поводу душевных неразберих я скажу, что – либо не с кем ему было поговорить, либо не с теми разговаривал… Даже если проблемы несовместимые с жизнью… Бороться надо…

– Легко сказать – бороться… У вас там в столицах и то не все в состоянии, а с нас что взять? У нас жизнь совершенно другая. Некоторым и расстаться ней не жалко.

Игорь полемизировал и одновременно восхищался продуманным убранством аллеи Славы: и деревья, и клумбы, и лавочки были вписаны дизайнером настолько грамотно, что душа обретала крылья с первой минуты прохождения по ней.

В «Гиацинте» они продолжили философский диспут.

– Помнишь, ты мне как-то сказала – мол, ваш город можно назвать тихой глубинкой? – Игорь копнул историю их знакомства.

– Так я имела ввиду уклад жизни большинства жителей, – уточнила Марина.

– Правильно! Но вся эта тишина – поверхностное благополучие… А под ней – ещё несколько пластов.