Суворов и его дочка Суворочка

И этот от Бога чудеснейший мастер

Всегда он без доченьки сильно скучал!

Такая отцовская сила с любовью,

Суворова верно к победе вела,

Тогда обращался к дочурке с мольбою:

Суворочка

, душенька, будешь мила!

Часть 2. Суворочка и русско-турецкая битва на Кинбурнской косе в устье Днепра

Ах, Крым, дорогой полуостров сверкает,

И Крым перекресток морских всех путей,

Ах, Крым, тут Османское

все отступает,

То пряник для русских и разных людей!

Итак, повелось уже много столетий,

Что Крым – это сладкий кусок для врагов,

И там не бывает больших долголетий,

И сытно не съешь там больших пирогов!

Тринадцатый год не Османские земли,

И стал он свободным для русских тогда,

Тринадцатый год лишь российское внемлем,

И будет российским всегда и всегда!

Случаются войны тут снова и снова,

И русские Крым отбивали не раз,

Но только Османская будто подкова,

Идет на пролом во второй уже раз!

У Кинбурна

крепость большую видали,

Суворов командовал войском сейчас,

У Кинбурна тактикой смелость придали,

Аншеф-генерал

, он подумал ни раз!

Гравюра Иоганна Мартина Билля.

Кинсбурнская баталия 1787

Десант продвигался от Черного моря,

Сбежались на берег шесть тысяч врагов,

Десант завлекали подальше от взморья,

Стратегия эта важна для мозгов!

Шагов так на двести пустили злодеев,

Суворов такой вот испек здесь пирог,

На двести не будет тебе элодеи,

А будет российский и крепкий пинок!

Орудия крепости, пушки стреляют,

Суворов теперь контратаку повел,

Противника сильно солдаты пинают,

А с фланга подмогу Суворов завел!

«Ура» над водою повсюду несется,

И бьются, и вьются знамена одни,

Под грохот ворона не ждет, прикоснется,

И тело войны забирают они.

Суворочке в сердце тревога запала,

Ей чудится с папенькой что-то ни так.

И сердце куда-то совсем уж упало,

Ах, папенька, вот мой дочерний кулак!

Eliza Clay.

Бой под Кинбурном

Гравюра И.М. Билля. Кинбурн во время боя

Когда хитрый враг на тебя нападает,

Кулак мой ускорит защиту отца,

От раны и смерти тебя он спасает,

И близко не станет чужого лица

Суворов на белом коне наступает,

Ведь он полководец, бегут все вослед

Картечью он ранен и лошадь хромает,

И рухнула лошадь, Суворов тут, вслед!

Прижала всю ногу лошадка хромая.