Вторая попытка

Да ещё в Белоруссию. Правда, не в Минск, а в леса и болота Полесья. Впрочем, хорошо, что не в Минск. Сейчас оказаться в родном городе было бы просто невыносимо. Ведь там опустевшая квартира с мамиными платьями в шкафу и солидными отцовскими книгами по философии. А на кухне на полочках чашки и тарелки, из которых они кушали. Тогда, до войны… Вилор боялся, что захлёстывающие эмоции, окажись он вдруг в Минске, помешают выполнить задание, и вообще он всё провалит. Поэтому хорошо, что в Полесье, а не в Минск. И рядом Таня, лучшая в мире девушка.

* * *

Вилор приземлился не слишком удачно. Парашют зацепился за ветви огромной ели, Скубжевского при соприкосновении с землёй занесло в сторону, левая нога подвернулась и теперь ощутимо болела при каждом шаге. Но сейчас, несмотря ни на что, надо было выйти к месту встречи с Таней.

Уже начинало светать. О том, чтобы сложить и присыпать парашют землёй, не могло быть и речи. Слишком сильно он запутался в еловых лапах. Надо было собрать в вещмешок минимально необходимые вещи и побыстрее уходить из точки приземления.

Вдруг немцы засекли высадку парашютистов. Правда, ещё была ночь, но ясная и звёздная. Да и звук самолёта, конечно, на земле должны были слышать. Хорошо ещё, что новолуние.

Вилор вынужден был зажечь портативный фонарик, чтобы сориентироваться по карте. Его страшил этот крохотный комочек электрического света, который мог выдать местоположение. Но другого выхода просто не было. Не бродить же по незнакомому лесу наугад. Несерьёзное занятие, особенно для выпускника разведшколы.

Конечно, можно было отсидеться неподалёку до момента, когда окончательно рассветет. Скубжевский при иных обстоятельствах, скорей всего, таким образом и поступил бы. Но сейчас им руководило желание как можно скорее найти Таню, убедиться, что с ней всё в порядке. А дальше будь что будет! Главное – будет рядом Таня.

На карте были отмечены две точки сбора – основная и запасная. На основной точке надо было ждать три часа с момента приземления. Если партнёр не появлялся, то, оставив знак в виде обломанного куста или маленького деревца, следовало перемещаться к запасной точке сбора.

Если и там встреча не происходила, то необходимо самостоятельно идти в расположение партизанского отряда, которым командовал старший лейтенант Коновалов.

Скубжевский при помощи карты, компаса и интуиции определился с направлением движения. Правда, интуиция оказалась дамой весьма ветреной. Направление пришлось по ходу ещё дважды корректировать.