Разрушенная любовь

Он был достаточно большим для того, чтобы вместить всю хоккейную команду, но прямо сейчас казался самым маленьким местом в мире. Дэниел и я стояли друг напротив друга; в отличие от его глаз, которые были прикованы ко мне, мои были всецело сосредоточены на моих туфлях. Отличных туфлях, к слову, из черной лакированной кожи, с маленькими золотистыми пряжками и на каблуках.

Боже, как я могла быть настолько глупой? Я сделала глубокий вдох, надеясь, что это поможет мне расслабиться и унять раздражающую дрожь в коленях.

Не то чтобы я готовила себя к тому, чтобы переспать с Даниелом, но как, черт возьми, я должна была выкинуть мысль об этом из головы? С каждой секундой храбрости во мне становилось все меньше, и к тому времени, когда лифт остановился, мне отчаянно хотелось, чтобы кто-нибудь убил меня.

– Переоценка сказанного может быть весьма беспокойным процессом, – сказал Дэниел, когда я повернулась к двери.

– Прости?

– Не обращай внимания.

Он озорно улыбнулся.

– Просто мысли вслух.

Я улыбнулась в ответ, надеясь одурачить его всезнающий ум, и вышла из лифта, держа голову как можно выше.

К тому времени, когда мы остановились у входа в мою квартиру, я едва могла скрывать свою нервозность, было видно, как дрожат мои руки.

– Давай я помогу тебе, – сказал Дэниел, забрав из моих рук ключи. – Ты в порядке? Ты немного бледная.

Да ладно?

– Я в порядке, – сказала я, переступив порог своей квартиры. Я, конечно, не хотела выглядеть как полное посмешище, но, очевидно, это было единственное, на что я была способна в данный момент.

Дерьмо…

Я сняла пиджак и бросила его на диван, отчаянно пытаясь придумать, о чем же поговорить со своим гостем.

– Помнится, ты предлагала чашечку чая, – сказал Дэниел, будто чувствуя мою нерешительность.

– А мне помнится, что ты отказался от нее, – отпарировала я, даже не подумав скрыть сарказм в своем голосе.

Он ухмыльнулся.

– Тогда почему бы нам не перейти к более интересной части нашего плана?

У тебя крепкие нервы, яростно подумала я про себя.

Хотя с чего бы мне быть в ярости? Никто не заставлял меня принимать его помощь, и неважно, насколько далеки от братских были его намерения.

Я любезно улыбнулась.

– Ты прав. Давай оставим чай на потом.

Я развернулась на каблуках и направилась в спальню, слушая, как эхом раздавался легкий смех Дэниела, следовавший за мной по коридору.