Зеркальные Двери

– Бельгийского, пожалуйста, -прошу Нэда, -Ты чего смотришь, как в первыйраз видишь?

Глаза как из бойниц, всепроникающие всезнающие. А что смотреть тогда, если всё знаешь, да и вообще, какое его дело.

– Хорошо смотришься сегодня.

– Да? Спасибо. А вчера плохо смотрелась?

– А вчера я тебя не видел.

Ухмыльнулся, как бы сам себе, будто что-то знает но не говорит. Стакан мне запотевший двигает с ползущей через край пеной.

– Есть что сказать, скажи, а нет…

Холодненькое, как я люблю, чуть во рту пощипывает.

– Нэд.

– А.

– Тебе не надоело бармэнить?

– Нет, -ответил он просто. Врёт небось как реклама, да и зачем я спросила?

– А мне б надоело.

Он ничего не сказал и завозился со стаканами, время от времени смотря баскетбол по телевизору на стене, а я пошла в туалет проверить наружность. Всё вроде в порядке; ресницы веером, веки подведены, и губы лоснятся. Повернулась уходить было, но задержала взгляд на лице в зеркале. Лицо смотрело молча, нельзя сказать чтобы приветливо, словно спрашивая, «Тебе чего?»

– Так, ничего, -я чуть взбила причёску и вышла из уборной.

Пена в стакане осела, и остались только пузырьки по стенке. С пеной интересней, веселее что-ли. Можно Нэда попросить, он вспенит наверное… А вот и Синди, легка на помине. Как всегда востроносенькая, глазками так и стреляет как мышка. Здравствуй, мышонок.

– Привет.

– Привет, давно здесь?

Обнялись, щёчками приоложились, осторжненько, чтобы основу не смазать, ей ещё целый вечер держаться.

– Не, только перед тобой пришла. Думала, ты задержишься, а ты вот уже.

– Бельгийское?

Нэд перегнулся к ней из-за стойки.

– Чего налить?

Свойскость какая-то в его тоне. Ко мне он так не обращается. Может он спит с ней? Впрочем, мне какое дело, с какого куста ворона слетела.

– Мартини, что-ли.

Она пригубила, оставив помадный след на стакане. Надо было мне тоже мартини взять. Мужики от вида этого отпечатка не хуже чем от кокаина заводятся.

Синди обшарила взглядом бар, точно мышкой по всем углам пробежала.

– Ты как? -сказала она.

– В порядке, -ответила я.

– Ну правильно. Нэд, а чего так тихо?

– Так ещё ж нет никого, рано.

– Мы есть, -стрельнула она него глазками, -заведи что-нибудь, только не кантри своё.

Нэд запустил старушку Гагу. Мы на минутку замолкли, вслушиваясь. С музыкой не так пусто.

– А вот и потянулись, -распрямился и приосанился Нэд.