Достойная небес

Измаил Вольтерберг работал у Мии финансистом и, судя по хмурому настрою, был чуть ли ни единственным из всего окружения кто не разделял всеобщей радости от её гениальности.

– Гос-по-жа Онгаку! – обратился он по фамилии к Мие, размахивая распечатанными отчётами в руке.

Она подняла усталый взгляд из-под съехавших на нос круглых очков и посмотрела на Измаила с усталым снисхождением.

– Взгляните на эти цифры! Они просто ужасают! – выпучив глаза и качая головой, высказал возмущения Измаил.

– Неужели это так срочно, и они не могут подождать? – спросила Мия осипшим голосом.

Мия любила комфорт и ненавидела, когда его кто-то нарушал. Она вытерлась салфеткой от пота, разнежилась под кондиционером и отпила воды.

– Я уже просто не мог в одиночку на них смотреть! Опомнитесь! Что вы творите?!

Мия не особо разделяла бурной тревоги финансиста, но, собравшись с остатком сил, попыталась принять заинтересованный вид и показать, что готова слушать со всей внимательностью.

Напечатанные на бумаге таблицы и толщи цифр ей мало что говорили и, похоже, имели весомое значение только для Вольтерберга.

– Ваши финансовые дела просто ка-та-стро-фичны!

– Катастрофически хороши?! – переспросила Мия.

– Нет! Такими темпами мы разоримся! С вашим ошеломляющим творческим успехом мы умудрились не попасть в топ тридцать до тридцати самых многообещающих и талантливых молодых исполнителей!

– Меня не беспокоят все эти рейтинги и надуманные списки.

Радость зрителей – вот настоящий показатель! – возразила Мия.

– Несомненно, вы звезда! Одна из ярчайших на небосводе, но такими темпами испортите себе репутацию! От нас откажутся все спонсоры! А кредиторы потребуют вернуть вложения! Все одновременно! Не забыли, кто вас раскручивал?! Если они поймут, что что-то идёт не так, то тотчас же захотят вернуть свои деньги, да ещё и с процентами! Чем вы, мисс конгениальность, будете их отдавать?!

– То есть, вы имеете ввиду, что мне нужно сочинить больше песен о волнующих молодёжь проблемах? – глядя в потолок, предположила Мия.

 – Например про любовь! – восторженно воскликнула она. – Хотя нет, это уже избито.

– Вы меня вообще слушаете?! – вскипел Вольтерберг и хлопнул бумагами о стол. – Я предлагаю сократить наши расходы! Они невероятно расточительны!

– Ага, невероятно замечательны! – взмахнула Мия в воздухе пальцем как дирижёрской палочкой.