Асимметрия

– Ким, извини, что я так люто накинулся! Ситуация, сам понимаешь: все на эмоциях!

– Понимаю! Когда эмоции через край, напряжение надо убирать.

– Стопудняк! Надо было развялиться, – Синоптик показал неприличный жест и весело, со значением подмигнул. – Маленькая, но рукастая!

– Без подробностей, ладно. Хватило впечатлений от увиденного.

– Ты мне вот что объясни: как можно было так щемить, чтобы не услышать происходящего в соседней люле? – Синоптик пошло хихикнул, заметив моё смущение, и заговорщицки толкнул меня локтем вбок.

 – Ты случайно того, не вуайерист?

– Ничего себе предъява!

– Га-аа! Сосед, не пылесось тайгу, я же шуткую! Тыркаться сейчас бесполезно – уж как-нибудь да разместимся. Шконок много – целых четыре, всем найдётся места. После вопрос с Сазаном порешаем.

– Мне на работу через три часа, – тоскливо сказал я. – Надо выспаться.

– На какую такую работу?

– На такую обычную работу, – огрызнулся я. – По распределению альтернативной службы.

– Отмазанный, что ли?

Синоптик прицельно стрельнул бычком в форточку и лениво засеменил к холодильнику.

– Альтернативно-служащий, – сухо поправил я.

– Ты неопознанный мудераст, – философски изрёк Синоптик и окинул взглядом пустое пространство холодильника. – Не духан и даже не запах, так: туловище безголовое.

– Дальше что? – с вызовом спросил я и повторил для усиления эффекта: – Что дальше-то?

– Ну, значит, не есть тебе дембельской каши!

– Прямо расстроил!

На дверце в отделении для яиц одиноко загромыхала банка с кабачковой икрой.

– А я бы сейчас даже требуху сожрал! Ну, или икорку навернул. Га-аа!

Синоптик снова заржал мелким дурным смехом, бесцеремонно свернул крышку с горловины банки и погрузил пальцы в овощное рагу.

Я неодобрительно хмыкнул, глянув исподлобья, как мародерствует Синоптик.

– Лучшая отечественная закуска! – гордо сказал он и отправил в рот размазанную по фалангам пальцев икру. Довольно зачавкал, зачерпнул ещё.

 – У меня в такие моменты суровая подсадка на еду. Веришь, Ким, вот как распоследнего планокура пробивает на хавку люто, ничего не могу с собой поделать.

– Ты полегче, здесь за это ноги ломают! – предупредил я.

– Да ты не шухерись! Я всего граммульку съем.

Наконец, пустая банка была отправлена обратно в холодильник. Синоптик обмахнул руку о штанину и протянул мне:

– Теперь давай нормально знакомиться!

– Это как?

– По дембельскому уставу.