Прощай, страна чудес

Мы не курортничать сюда приехали!

Место для стоянки им определили в трёхстах метрах от посёлка, на краю поля, рядом с лесным оврагом. Здесь было много старых берёз и других деревьев. А на две оврага журчал по камням чистый и холодный ручей, воду из которого можно было пить без всяких опасений.

– Отличная вода! – восхищались солдаты. – Это там мы цедили питьё через платок. А здесь!..

Натянули и закрепили палатки, установили кухню. Капитан, осматривая своё хозяйство, заметил:

– Здесь дрова у вас под ногами и вода перед носом.

Далеко ходить не надо.

Наверное, в его словах был затаённый намёк, напоминание о загубленном солдатами сарае. Капитан сначала грозился наказать виновных в этой диверсии. Но кого же было наказывать? Поголовно всю сотню человек? Не имеет смысла. Он и «арбузников» перестал шпынять. Видно, надоело уже.

Как только колонна обустроилась на новом месте, солдат повели на ток, расположенный в некотором отдалении от центральной усадьбы.

Перед ними открылась обширная площадь, сплошь заставленная буртами пшеницы.

Все бурты были вытянуты в одном направлении и напоминали гигантские гряды, насыпанные в четырёх-пяти метрах одна от другой. А машины всё шли из степи с грузом зерна и ссыпали его, наращивая эти гряды.

Откуда же взялась такая силища зерна? Здесь, в лесостепной зоне, помимо лесов было достаточно места и для огромных полей. Распаханный два года назад чернозём ещё не успел истощиться, и третий целинный урожай выдался на редкость обильным.

Неоглядная степь начиналась сразу за током, в южном направлении.

А с севера ток был прикрыт от холодных ветров берёзовым лесом.

Было на току несколько временных служебных построек, какие-то вагончики. А вплотную к буртам шумели моторами зернопогрузчики и зернопульты, отгружавшие подсушенное и провеянное зерно на элеватор и на станцию.

Солдатам поручили окучивать расползающееся зерно. Встав цепочкой вдоль бурта, они деревянными лопатами брали пшеницу из-под ног и забрасывали наверх. Откосы бурта приобретали крутизну.

Это делалось на случай дождя, чтобы вода по возможности не проникала в глубины бурта, а скатывалась с него.

Время шло, и всё явственнее проступали приметы осени. Ночи стали холодными, и по утрам на траве блестел иней. Солдатам было зябко вылезать из нагретых постелей и бежать на зарядку, а потом умываться в запрудке, устроенной ниже по ручью.

Солдаты в последний раз позавтракали в своём живописном лесном уголке. Этот завтрак запомнился им надолго.