Лабиринты судьбы. За поворотом – точка невозврата

Показалось, что воздух в комнате сгустился, наполнился какими —то непонятными энергиями, которые проникли прямо в мозг и принялись что-то с ним вытворять. Я прям почувствовала, что еще чуть —чуть и меня осенит…

Но не тут-то было, внезапно ужасная резь в животе скорчила меня в три погибели и пока мое тело каталась по ковру в надежде унять боль, ко мне пришло ощущение, что я – опять не я, а долбанный идиот Ленчик, который наглотался какой —то дряни и сейчас, прямо в эту минуту, загибает ласты у себя на съемной квартире.

В бессильной злобе от того, что разгадка чего —то важного опять от меня ускользает, я пулей оделась, поймала такси и уже через пятнадцать минут занималась приятнейшей процедурой промывания желудка лежащей без сознания, обоссанной и воняющей бомжатиной в радиусе пяти километров вокруг себя, особи, именующейся Леонидом.

Скорую я вызвала еще по пути, так что через пять минут благое дело спасения этого говнюка продолжили врачи неотложки. Пришлось ехать вместе с ними в больницу и сидеть там, в пропахшей потом и ссаными матрасами палате, так как врачи боялись, что он не выживет.

Но вопреки всем пессимистичным прогнозам чудила выжил… И, вместо того, чтобы радоваться темно-синим стенам «психушного» рая, едва придя в сознание, тут же стал мечтать о второй попытке сведения счетов с жизнью.

Ох и разозлилась я, не на шутку! Значит я, находясь на пороге величайшего открытия тайны своих снов, бросила все на свете, чтобы вытащить с того света этого кретина, а он, скотина неблагодарная, не нашел ничего лучшего, чем мечтать о «продолжении банкета».

В общем пока ваш дружочек спал после очередного бурного проявления эмоций по поводу своего возвращения с того света, наколотый успокоительным и утолканый санитаром в кровать, я стала думать о том, как реально привести парня в чувство, а заодно и прокрутила заново события последнего вечера.

Что мы имеем в сухом остатке? Так, ну во —первых, схожесть почерка дизайнера «прынцессовых» платьев со странными вензелями тарелок, орнаментом скатертей и фигурами облаков и т.

 п. в моих снах. Во – вторых, чувство «не себя», которое появляется при изучении картинок, написанных мною в состоянии эмоциональной эйфории и которое, в свою очередь, явилось побуждающим мотивом для их изображения. В-третьих, картина странного «лабиринта» каким —то образом дает ответы на мучающие тебя в данный отрезок времени вопросы.