Подземный Голландец. Странники и пришельцы (сборник)

 – Никто нас не спасёт! У-у-у! Никому мы не нужны! И я никому не нужна! И мне ничего не нужно, и никто мне не нужен! У-у-у!

– Светик, перестань!

Неизвестно, сколько бы продолжался этот припадок, если бы его не прервали мужчины, которые начали подниматься в раскрытые двери вагона. Они поднимались по одному, помогая друг другу. Последнего, что назвался Сашей, втянули в вагон за руки.

Светик притихла. Даже наркоман перестал метаться и стонать.

– Ну, что там?

– Да что…

– Выход есть?

– А другие вагоны?

– Ничего утешительного, – сказал Николай Васильевич, бывший военный.

– Нэт выхода! Нэт! – почти выкрикнул азербайджанец. – Господи! Как же это?

– А-а-а! О-о-о!

– Подождите! Не вопите вы все в один голос! – Командирский голос Николая Васильевича перекрыл общий шум. – Не всё так страшно! Там в одном месте как бы сквозняк. Воздух идёт. Так что не задохнёмся…

– Или задохнёмся, но не сразу, – уточнил адвокат.

– Да не каркайте вы!

– Он прав, – продолжал Николай Васильевич. – Надо смотреть правде в глаза.

Если и задохнёмся, то не сразу. У нас есть немного времени, чтобы побороться. Более того…

– Что?

– Более того, в одном месте по стене сочится вода. Немного, но сочится. Так что и от жажды мы не умрём сразу. Надо найти ёмкость какую-нибудь и подставить под струю.

– Так она же грязная, эта вода!

– Предложи что-нибудь другое!

– А другие вагоны? – настаивал парень в инвалидной коляске, который до этого вёл себя тихо и в общие разговоры не вступал.

– Нет связи, – ответил ему Сергей, тёщин зять.

 – Видимо, нас оторвало от состава и место отрыва камнями засыпано.

– И оттуда… не слышно ничего? Может… стоны какие-нибудь?

– Нет, ничего. Ничего.

– А места там много?

– Где?

– Ну… вокруг вагона…

– Наш вагон лежит на стене тоннеля. И засыпан – почти наполовину. А с другой стороны место есть. Там, где вода течёт по стене. И спереди есть место, со стороны дверей.

– Не густо…

– Да.

Все замолкли на мгновение.

– Вот что я ещё скажу… – Николай Васильевич помедлил.

 – Раз уж мы остались в живых и собираемся выживать… давайте перестанем вопить, и рыдать, и дёргаться. В первую очередь.

– Да, – поддержал Василича доктор, – от крика только большая трата кислорода.

– На всё Божья воля, – сказала Наталья Сергеевна.

– Что-то уж очень крутая воля, – отозвался Макс.

– Иди поменяй, – предложил Саша. – Кассационную жалобу напиши.

– Хватит вам! – Николай Васильевич подвинулся на своей лавке.