Счастье в ладошке… Роман

Однажды, перед уходом на работу, Наташа подошла к шкафу с большим зеркалом, открыла его, и тут же услышала голос свекрови:

– Что ты там ищешь?

– Кофточку свою.

– Какую?

– Белую в горошек… Я её давно не одевала.

– Ты что? Новую, белую и на работу? Разве это по-хозяйски?

– Но ведь сегодня у меня первый рабочий день после такого длительного отпуска. – Наташа пыталась доказать Евгении Викторовне, что сегодняшний день для неё, Наташи, праздник, но услышала резкий неприятный её голос:

– Первый – не первый, но это работа.

Что же ты наденешь, если куда-нибудь выйти надо будет с Максимом? Не дело это!.. Вещи беречь надо.

Со свекровью Наташа не спорила, и ей пришлось с горечью в душе закрыть шкаф, снять с вешалки своё уже немного выгоревшее сатиновое платье, перешитое из халата, в котором она ходила беременной.

Ребята на заводе встретили её появление радостными возгласами и сияющими улыбками, и на душе стало сразу же светло, словно Наташа попала в иной мир, и ответная улыбка озарила её лицо, обнажив белые с перламутровым отливом зубы.

– Ну, Наташка! – кричал Юра Злобин. – Ну, ты даешь! Надо же так похорошеть!

– Ты что себе думаешь? – воскликнул вышедший ей навстречу Роман Сечкин. -Видя тебя, мы же работать не будем!

– Ничего, привыкнете! – отшучивалась Наташа, обласканная их восторгами и в то же время удивляясь им, так как особой красоты за собой не замечала. Не хотела замечать!

У окна, в лучах утреннего розового солнца, стоял новенький.

Он, казалось, боялся смотреть на такую красивую молодую женщину.

«Когда приходили, – быстро мелькнула в Наташиной голове мысль, – смотрел на меня во все глаза, а сейчас…»

Горин же, чувствуя что-то неладное в сердце, мгновенно застучавшее в груди, молчал. Он боялся посмотреть на Наташку и увидеть такие радостные изумрудно-зеленые глаза.

Наташа повернулась к нему спиной, направляясь к своему столу.

Горин сел за свой, который стоял напротив стола Наташи. И только сейчас их глаза встретились…

Кто из посторонних мог заглянуть в них и поймать их смысл и желание? Кто мог разгадать ту тайну, которая только зарождалась в их сердцах помимо их воли и желания?

После нескольких минут галдежа, когда все уселись по своим местам, Вадим Горин, наконец, заговорил.

– Знаете, Наташа, пока вас не было, я сидел на вашем месте.