Фиолетовые сны в шахматном порядке

Расходимся граждане, или в свидетели вас записать грозно наехал на толпу зевак Каланча, конечно, быть свидетелем и потом ходить в отделение переписывать показания никому из отдыхающих не хотелось и место вновь опустело.

– Тупые животные! руки распускаете, значит?! Орал Мой до дыр на подчиненных, в гневном приступе уже себя не контролируя.

Вы у меня ноги протяните! Завтра суки с каждого рапорт и по штуке зелени если нет… Ну, в общем, сами понимаете. Вы мне за испорченный отдых дорого заплатите!

Полковник, тяжело дыша, достал из стоящего рядом ведерка со льдом бутылочку шипучку осушил почти все одним махом, грудь его, покрытая почти полностью волосами, как и все тело, обижено поднималась и опадала, вытряхнув лед на полотенце, он приложил его к ноге в ушибленном месте.

Золотой перстень поблескивающий на его толстом мизинце, цепь на груди, делали его больше похожим на итальянского мафиози, чем на шефа милиции. Как то на дежурстве Влад от скуки читал биографию Аль Ка Поне, заметив определенное сходство начальника с черно-белой фотографией босса мафии.

Влад дома

Вернулся Влад домой поздно разбитым, голова как в тумане, уставший от событий ушедшего дня.

К слову сказать, и распитая бутылочка белой, в кафе после дежурства с напарником, почему то не особо помогла снять стресс. Ныл зад прокусанный психом, нос опух заботливо приложенный кулаком полковника, и как показалось Владу треснула пломба на коренном зубе, а скула посинела от синяка.

Его спутница жизни в гражданском (модном) браке, встречать его не стала.

Последнее время их отношения оставляли желать лучшего.

Теща стерва портит климат, думал зло Влад, раздеваясь и принимая душ. Эта удобная мысль— отговорка, всегда в подобные минуты гнева на семейный холод отношений часто выручала. Как пилюля обезболивающего лекарства, даваемая безнадежно больному.

Хоть он и понимал что отношения их не клеятся, по другим причинам, они слишком разные и им обоим не хочется вкладываться в создание семейного очага.

Которым все равно по большому счету мыта плита или уже несколько лет покрыта пищевыми отложениями как дно океана, отпали или испачкались обои, да и вообще все, что выходит за пределы их личных вещей и интересов их не касается. Словно большие дети эгоисты, играющие своими игрушками в общей песочнице, и заботящиеся лишь о том чтобы им было хорошо и весело.