Мадам

2001 год

К 50-летнему юбилею

Тебе сегодня много или мало?

Тебе сегодня грустно или нет?

Ведь, вроде, поздно все начать сначала?

И рано перед “НИМ” держать ответ?

Потоки дней плетутся, как молва,

И, как всегда, все непонятно на Руси,

Но только помнятся нам старые слова:

“Не верь, не бойся, и не стоит – не проси”.

А мудрость опускается на плечи,

И тихо-тихо шепчет: “не спеши”,

Ведь знает, что в огромном слове “вечность”

Есть очень маленькое слово “жизнь”.

В нем место есть и вере, и надежде,

И изредка врывается любовь,

Все чаще говорим мы слово “прежде”,

Все реже говорим мы слово “вновь”.

1999 год

Как сложно пишутся стихи

Как сложно пишутся стихи,

Как тяжко на листы ложатся,

Как будто, старые грехи,

Хотят со мной опять обняться.

Они и тянут и манят,

И просятся в уединенье,

Они листвой в уме шумят,

Держась за вечные сомненья.

Они про жизнь и про любовь,

Они про годы, и разлуки,

Они про то, что вновь и вновь,

Взорвет рифмованные звуки.

Как тяжко пишутся стихи,

И вызывая удивленье,

Они, как старые грехи,

Становятся, вдруг, отчужденьем.

1997 год

Ты знаешь, как от боли пишутся стихи?

Ты знаешь, как от боли пишутся стихи?

Как сердце и душа рвут руку на бумаге,

И помогают в этом память и грехи,

Не нужно врать: нет тут ни страха, ни отваги.

Ты знаешь, как стихи дают душе уснуть,

Выплескивая боль, я дам им отогреться,

Чтобы потом опять, опять рвануть,

А может, боль подскажет осмотреться.

Как в руку мне бросает рифму боль,

Как мысль вплывает на бумагу болью,

Позволь мне рассказать тебе, позволь,

Душа мне тихо шепчет: не позволю.

2011 год

Шелк тонкой лжи набросил мне на плечи

Шелк тонкой лжи набросил мне на плечи,

Окутав искреннею нежностью слова,

Шептал про тишину и про волшебный вечер,

Еще о том, что не нужны слова.

Укутав шалью лжи тоскующие плечи,

Поверив в нарочитость собственных молитв,

Ты все шептал, что только этой встречи

Так долго ждал и что о ней молил.

Но вот упала шаль и обнажила плечи,

Ложь соскользнула мягко, не стыдясь,

Слова застыли, превратившись в речи,

А шаль, вся съежившись, упала в грязь.