На краю вселенной

– Рубашка, наверное, – шепнула Бегимай старшей сестре. Айчурек в этом плане была всегда для детей предсказуема. Бегимая почти не ошиблась.

– А это от нас с отцом припрятанный для твоего дня рождения турецкий костюм. – Мать развернула его сверток. Костюм был темно-синего цвета и переливался на свету.

– Ух ты, мама! – воскликнула Бегимай. – Вот это классный подарок! – поддержала она мать.

– На ярмарке в Бостерях мы с отцом приобрели его по хорошей цене, – похвалилась Айчурек удачной покупкой для сына.

– И вот еще рубашка к нему, – вытащила она вслед за костюмом из сандыка голубую рубашку, упакованную в красивую коробку с прозрачной стенкой.

– Отец, что молчишь? – сказала она Абылу, который скромно сидел, не вмешиваясь в поздравительную часть семейного торже- ства. Отец встал, подошел к Актану и тихим голосом произнес:

– Актан, балам (сынок), поздравляю тебя с днем рождения. Мы с мамой тебя любим и желаем всего самого наилучшего.

– Спасибо, ата, – поблагодарил сын отца и погладил его шер- шавую ладонь. Он всегда гладил руки родных, когда хотел выказать им большую благодарность.

Семья замерла в ожидании. Каждый знал, что отношения отца и сына в последнее время были непростыми. Переходный возраст у мальчишек требует особого отношения, особого понимания отца. В этот период он служит для мальчика примером во всем. Как раз образцом поведения Абыл не мог похвастать перед сыном.

Он обнял мальчика и растроганно произнес:

– Все будет хорошо! Главное, сынок, будь счастлив в этой жизни! – и поцеловал в лоб.

Домочадцы поняли, что таким вот образом отец извинялся перед Актаном за то, что временами напрягал семью излишним пристрастием к спиртному.

Айчурек вспомнила тот день, когда врачи вынесли приговор: Актану не суждено увидеть мир, и отец тогда первый раз сказал Айчурек, что виноват в том, что случилась эта трагедия.

Кажется, сегодня Айчурек почувствовала, что отца отпустило… Это каким-то шестым чувством уловил и Актан. Потому- то, может быть, он и погладил с любовью отцовскую руку.

Актан был как никогда счастлив в день своего четырнадцати- летия.