Беглецы

– Мне они, эти самые кротовские часы, уже ни к чему, – заявила она. – Тогда как Вам, может быть, на самом деле укажут путь к убийце.

Долго еще, отгоняя от себя сон, Андрей гадал о верности своего пути по новым фактам, полученным по приезду на Украину. Но на утро, когда рассвело, сама собой, сразу же отпала первая важная мысль о том, мол, не из-за часов ли этих самых все было перевернуто в комнате умершей странным образом Марины Матвеевны Васильчук?

Когда Наталья Сергеевна точно выполнила свое обещание, данное накануне и Андрей Пущин собственными глазами увидел предмет несбывшегося вожделения бригадира Городухина, то версия о попытке грабежа несостоятельна.

Потому, что, в действительности ничего не стоило теперь это «богатство», за которое бригадир почему-то был готов выложить кругленькую сумму.

С нескрываемым разочарованием Андрей разглядывал простой стальной браслет, должный крепил к руке большущий хронометр в таком же белом, «под-серебро», но в, штампованном, дешёвом – ширпотребовском корпусе.

Сущая ерунда, по мнению Пущина, эти часы, хотя, возможно, очень популярные в небогатые предвоенные годы.

Теперь странная «реликвия», хранившиеся долгие годы, с самого считай, окончания войны среди слесарных инструментов автомобилиста, даже не годились и в сравнение с современными образцами. А со старинными экземплярами – тем более. Нечего было, судя по всему, и думать, о возможной реализации такого бросового «товара» любителям антиквариата.

Да и, возможно, работать они уже давно не могли от старости, подумал Пущин, потому, что разглядел безжизненность наручных часов. Всё что должно было действовать – стрелки и календарик на циферблате сейчас стояли. Но что-то удержало Андрея от желания прямо сразу сделать подзавод. Что, впрочем, не могло не понравится Лимачко, протянувшей гостю часы, принесенные ею из гаража:

– Вот и Марина Матвеевна, с тех пор, как нашла их на пепелище своего дома, тоже так ни разу завод не крутила.

И еще сказала вдова, вспомнив покойницу:

– И Касьяну делать это не велела.

Ну а то, что берегли часы, не выбросили, как прочий ненужный бытовой хлам, вдова объяснила словами самой незабвенной Марины Матвеевны:

– Пусть, мол. будут просто, как память!

И еще заметила Лимачко, прощаясь на время с «проклятыми» часами.

– Как проведете свое расследование, тогда и вернете их обратно, – без затей и дальней мысли произнесла она.