Абсолютная ложь

Интересно, если не для Алекса, тогда для кого?

– Так что за человек, которого я должен найти? – сухо поинтересовался брюнет.

Мужчина уселся в кресло, обтянутое серой кожей, напротив Вероники и старательно делал вид, что его занимает только официальный повод для визита.

– Сначала вы должны подписать договор о неразглашении, – не спешила приступать к теме основной беседы девушка.

Шатенка поставила указательный палец на лист бумаги, лежащий перед ней на столе, и медленно сдвинула документ в сторону Картера, давая ему возможность разглядеть содержимое.

– Договор о конфиденциальности и неразглашении информации уже подписан между твоим отцом и SL Protection Services, – осознав, что именно перед ним лежит, удивился Алекс. – К чему дублировать и без того уже прописанную и подписанную часть сделки?

– Меня не интересует, что подписано между Вермутом и Льюисом, – холодно отреагировала Вероника. – Меня интересуют только ваши личные гарантии.

Девушка сидела идеально ровно, горделиво расправив плечи и вытянув шею, чуть приподняв подбородок.

Взгляд серых глаз пристально и задумчиво смотрел прямо на Картера. Ярко выраженный вызов читался так ясно, что создавалось впечатление, будто каждый нерв был напряжён до предела, словно она опасалась, что Александр сейчас откажется. Так и было на самом деле. Только Картер это расценил по-другому. Решил, что это её новый очередной пунктик в попытке испытать Алекса на прочность. Как она уже сделала накануне.

Зачем провоцировала, если и без того выясняется, что она будет участвовать в процессе работы на равных с Алексом условиях, если не выше? Или не провоцировала, а Картер сам во всём виноват?

– Хорошо, я подпишу, – не отводя взгляда от девушки, ответил Александр.

Не медля с исполнением, брюнет поднял со стола лежащую рядом ручку и, так и не смотря в договор, а только лишь на девушку, поставил подпись по памяти в требуемом месте. Очередной облегчённый выдох со стороны Вероники в который раз удивил Алекса. И заставил задуматься о том, что переосмысление поведения девушки несколько минут назад вновь не вписывалось в её новую линию поведения.

И это снова злило Картера.

Да когда-нибудь она уже будет вести себя по-настоящему? Искренне, а не играя в какую-то странную игру, значение которой мужчине до сих пор было не понятно. Хотя он точно знал, что игра определённо имела место быть. Слишком много лицемерия, скрывающегося за холодной отстранённостью девушки, он чувствовал. В каждом жесте.