Колышутся на ветру

Только вместо заборов и типичных избушек – домики на сваях с высокими крышами – что-то среднее между хижиной и коттеджем.

Между домами, стоящими вразброс – петляющие дорожки. Я иду по такой дорожке, жители поселения машут мне руками, зовут в гости. Они говорят по-английски, я понимаю. Они улыбчивы и, кажется, любят меня, любят всех и всё – такая энергия от них. Их белые зубы выделяются на тёмно-шоколадных лицах. Есть и белые, но их меньше. Прихожу к огромному ангару, он будто беседка, увеличенная раз в десять.

В центре стоит человек в очках и что-то воодушевлённо рассказывает толпе. Звучит музыка. Вдруг, резкий звук разрывает размеренную суету, и все начинают разбегаться. Кто куда. Паника. Мне страшно. Сердце бешено колотится, не хватает воздуха. Бегу со всеми, оборачиваюсь и вижу, что тот человек в очках превращается в огромного осьминога, двадцатинога, стонога. И из каждой щупальцы – толстенные шприцы, которые настигают бегущих. Они падают замертво, один за одним, пока не устилают землю ровным ковром. Кричу. Кричу, открыв глаза. Опять сон. Похожий на тот, первый. В комнату врывается мама.

– Что случилось?!

– Сон, мам, мне страшно.

– Ну, тихо. Ты слишком много смотришь эти фильмы – одни убийства и разврат – вот и снится потом невесть что.

– Нет, это другое. Всё так реально. И такого я точно никогда не видела в кино.

Я, мокрая от пота, иду умываться. Наверное, это всё переживания. Завтра уезжаю на учёбу в Санкт – Петербург. Может стоило поступить в Москве? Быть ближе к дому? Ну нет, я решила.

Романтика Питера манила ещё с того времени, когда мечтала побывать в Мариинском театре. Теперь смогу. Но уже никогда на сцене.

10. Учёба. Мамины прошлые и настоящие

Я с лёгкостью поступила в самый престижный университет Санкт – Петербурга, на медицинский факультет. «Лёгкость» на этом закончилась. Радость и эйфория длились недолго. Всё, что я изучила самостоятельно, было лишь песчинкой на пляже. А тут цунами захлестнуло пляж, и, оказалось, что нужно было изучать океан.

Перед каждым экзаменом и зачётом представляла, что могла сейчас быть популярной и знаменитой. Зал рукоплещет, толпы поклонников дарят цветы, на светских приёмах говорят о новой звезде – успех и слава. Иногда ругала себя за неправильный выбор, а иногда за такие мысли. Чаще – второе.

Отличницей не была. На третьем курсе и вовсе отставала по трём предметам. Соблазнов и развлечений было много – всего не рассказать.