Колышутся на ветру

Кажется, тут десятилетиями курили, даже не открывая окон, обои жёлтые, как ногти того самого курильщика. Нас встречают двое мужчин лет тридцати, раздетые по пояс, разукрашенные совсем не художественными татуировками, кажется их называют партаками.

– Мать вашу, хули вы так долго!? – басит один из них.

– Спокойно, мужчина, кому плохо? – не дрогнувшим голосом спрашивает Андрей.

Я за его спиной, может не такой широкой, как хотелось бы сейчас, но какая есть. Олег за мной.

– Будет плохо вам, если не спасёте кореша моего! Сюда.

Мы проходим вглубь квартиры. За фанерной перегородкой – диван, на нём лежит парень в одних трусах, лежит лицом к стене. Воняет дерьмом. А вот и оно, размазано по полу.

Я поворачиваю голову пациента. Дыхание поверхностное, зрачки, как зёрнышки мака. Ищу следы от укола. Локтевые сгибы чистые, кисти тоже. Да и вен особо не видно. Нарик со стажем – значит нужно искать ниже. И точно, отодвинув трусы в районе паха нахожу след. Кожа вокруг покрасневшая – видно давно в пах колет.

– Как его зовут?

– Какая нахуй разница? Спасай блядина!

– Выбирай выражения, дружище.

Андрей смотрит в глаза этому неадеквату.

– А то что? – кривит морду он.

– Потом узнаешь.

– Андрей, ладно, давайте колите налоксон, кислород и на всякий случай глюкозку проверьте, – говорю я.

– Ну и куда ему колоть? – Олег пытается найти вену.

– Да туда же куда и он, видимо.

– Ладно попробуем.

Налоксон – противоядие от опиоидов, в частности героина, которым, судя по всему, балуются эти ребята.

Проходит пара минут, дыхание становится глубже и ритмичнее. Тело начинает шевелиться, приводя в восторг своих товарищей.

– О, Кед оклемался. Ща мы тебя братишка подлечим, – зудит над ухом один из корешей.

– В больницу ему надо, – говорю я.

– Хуицу. Я тебя ща сам в больницу отправлю.

Рука неадеквата тянется к моему плечу, но останавливается резким движением Андрея.

– Лапы убрал.

Лысый разворачивается, и ударяет головой в лицо Андрея, вернее почти ударяет, потому что голова встречает плотный удар с левой, сотрясаясь на добрую ЗЧМТ.

Пока лысый падает рёбрами на тумбочку, Олег останавливает в прыжке, занёсшего нож над Андреем, татуированного. Я сдерживаюсь, чтобы не завизжать, как полагается бабе в такой момент.

– Викторовна, идите в машину. Вызовите ментов и наших.

Ребята скручивают руки обидчика, нанося ему удары под дых, пока он не затихает на полу, сворачиваясь калачиком.