О чем молчат бирюзовые реки. Книга вторая

Выше по течению огромный участок занимал специальный загон, огороженный высокими бетонными сваями, издалека напоминающими башни. Было видно, как кто-то открывал путь для брёвен, и те, тяжело разворачиваясь и слегка покачиваясь, плыли в сторону города.

– Ух ты! – воскликнул Олег, глядя свысока на эту картину. – Брёвна сами к нам плывут! Вот где можно дрова на зиму заготавливать!

И действительно, как только огромный поток древесины проплывал мимо домов, мужики с длинными жердями тут же начинали цеплять её и подгонять к берегу.

Затем, вытащив сырое дерево на берег, ловкими движениями откатывали его в сторону. Через несколько часов на берегу появлялись несколько кучек из брёвен, сложенных друг на друга. Спиленные стволы сосны плыли так тесно, что некоторые местные мальчишки умудрялись бегать по ним, перепрыгивая с одного качающегося дерева на другое. Через несколько часов река снова становилась свободной, и только многочисленные куски коры и щепок напоминали о недавнем сплаве.

– А это что над водой торчит? – показывая пальцем на выглядывающую из воды макушку ствола, спросил брат местного мужика, курившего около своего «улова».

– Это топляки, сынок, – ответил тот. – Всё, как в жизни: сильные плывут от лесозаготовки до комбината, слабые тонут. Тут таких много, какое бревно полностью под воду ушло, какое торчит.

– Понятно. А почему на машинах их не возят? Это и быстрее, и брёвна сухими остаются.

– Дешевле, наверное, – ответил мужик, и, сняв фуражку, рукавом протёр взмокшую лысину.

 – А вы, ребята, откуда будете? Я вас впервые вижу здесь. Гости что ли?

– Нет, не гости, – сказал Олег, покусывая сухую тростинку. – Мы приезжие. С Телецкого озера. Слышали про такое?

– А чего ж не слышать? Знаю. Лес ведь с тех краёв сплавляют. Меня, кстати, дядя Лёва звать, а вас как?

– Я Олег, а это моя сестра Нинка. Мы недавно сюда приехали. Вообще-то мы с Севера.

– С Севера? Ух ты! – удивился дядя Лёва, – а родители где же?

– У нас мамка одна. Отца нет, – ответил брат, – она почтальоном тут работает.

– А я-то думаю, что за красивая женщина нам письма приносит. Понятно. Значит, мамка ваша.

Мы попрощались, и, поднявшись на высокий песчаный берег, пошли в сторону дома.

Дома располагались с двух сторон коротких переулков, ведущих от шоссейной дороги к реке. За дорогой начинались бескрайние совхозные поля, засаженные облепихой и черноплодной рябиной. Сразу за полями виднелся сосновый лес, который лентой тянулся до самого горизонта.