Лицей 2018. Второй выпуск

Ей надо не меня бояться, а америкосов, от которых я вас защищал там… И, это, обижаться не надо. Она не маленькая, должна уж понимать кое-чего. Ты здесь был, а я работал, хорошо работал. Деньги вы получали?

– Получали, Кузьма…

– В тот день, когда мне сообщили про Галину, знаешь что было?.. Контрнаступление ихнее по вокзалу! От порта нас на другой день отрезали – всё, куда бы я поехал? По нам танки и минометы два дня работали, так что колонны в зале рухнули, – мы думали, и крыша обвалится, не могли вообще передвинуться первую неделю, не могли пить, не могли спать.

Колонны, понимаешь, гранитные раскололись, как орехи? И это только начало, потом еще девять недель боя…

Кузьма плохо видел в темноте лицо тестя, но чувствовал, что тот ничего не понимает.

– Я как-никак папка ей, буду воспитывать, – озлобленно подвел он черту. – Я только поэтому вернулся. Из-за нее. Так бы остался.

– А ранение? Ты написал, сильно ранен был.

– Да хрен бы с ним, с ранением, – Кузьма махнул рукой.

 – Пошел бы в другой отряд, откуда бы они знали. Серов, конечно, разозлился бы, когда встретил, но мог же и не встретить. Да и что бы он сделал? Наорал? Да я его вертел, он в настоящем-то бою не был. Врать не стану – мужик хороший, но… Не был с нами в бою.

– Понятно. Ты, в общем, не пугай ее. Мы и так натерпелись.

– Чего вы натерпелись? – усмехнулся Кузьма. – Я бы вам рассказал…

– Не надо, слышишь? Оставь там, понял? Мой батя тоже на войне был, но вернулся и никогда особо не говорил ничего и тем более не попрекал нас.

– Ну, так вся страна в ту войну встала, а сейчас что? Я так понял, про нас не говорит уже никто. Первые годы передачки какие-то приходили, посылочки собирал народ, а теперь в газетах перестали писать – и всё, болт все забили. Как будто ни осады, ни войны. Курим дрянь там…

– Народу тоже несладко. Цены выросли знаешь как? Пенсии ни на чего не хватает.

Кузьма расхохотался.

– Чего ты? – нахмурился дед.

Кузьма продолжал смеяться и стал трепать Борьку за густую шерсть, пес принялся подлизываться, потом упал и начал кататься по земле, наслаждаясь хозяйской рукой.

– Ох, Борька, обалдели люди! Пенсии у них маленькие, – сквозь смех сказал Кузьма. – Я друзей от гусениц там отскребал и мамкам телеграммы сочинял, мол, “простите, что приходится вам сообщать… несмотря на Кишиневские, е-мое, переговоры о перемирии”… а вы тут мне про цены.