Обреченный на жизнь

Высок риск задохнуться. Из-за того, что они не могут нормально есть, они хуже прибавляют в весе и чаще болеют. А вкупе с синдромом Дауна, его болезни будут еще больше тормозить его умственное развитие.

Врач говорила. Она описывала все возможные трудности, сыпала медицинскими терминами, большую часть из которых Юля не понимала. Она повторяла то, что сказал Саша, только другими фразами. Каждое слово как удар. Выбивало дух, отнимало желание подниматься.

Слишком много информации. Слишком много «НО» в жизни ее ребенка.

Он будет жить, но неполноценно. Он сможет говорить, но для этого потребуется операция. Он сможет нормально есть, но для этого так же нужна операция.

– Я хочу увидеть его… – Юля соскребла собственное еще слабое тело с кровати.

Марина Витальевна кивнула.

Голова сильно кружилась. Держась за стенку одной рукой, Юля брела за врачом. Коридор казался бесконечным. Из палат слышался детский плач. В манипуляционной и на посту суетились сотрудники послеродового отделения. Из столовой пахло вареной гречкой и каким-то мясом.

В отделении кипела своя жизнь. Только Юля словно бестелесный призрак медленно плелась мимо этой жизни вперед к двустворчатым дверям с надписью «детское отделение» в конце коридора.

За застекленной дверью, помеченной табличкой «бокс № 2», обнаружились два ряда кюветок с малышами. Не было необходимости спрашивать, какой из детей – ее. Юля смотрела через смотровое окошко в изуродованное самой природой личико ребенка и не могла понять, за что… За что ему это? В чем они провинились, что жизнь наказала их так страшно? Ведь никому не делали зла.

За что им это?

Она стояла там почти час и не могла заставить себя зайти в бокс.

– Вы хотите отказаться от ребенка?

– Что? – вырванная из тяжелых мыслей Юля не сразу поняла, что Марина Витальевна снова стоит рядом с ней.

– У вас на лице все написано. Оно и понятно.

– Муж хочет…

– Возможно, Ваш муж прав.

– Он просто не ожидал. Перенервничал.

– Хорошенько подумайте. Такой ребенок будет занимать все Ваше время и все время Вашей семьи.

Он не сможет пойти в детский сад, потому что уровень его развития будет ниже, чем это необходимо для нормальной адаптации среди обычных детей. Хотите знать мое мнение? – врач участливо смотрела на молодую мать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/nina-bern/obrechennyy-na-zhizn/) на ЛитРес.