Вольнодум

Была зима, но шла к концу.

Решила ехать мать к отцу.

Но, в ожиданье навигации,

Впадала в нервную прострацию.

Болела мать моя сама.

Сводило горе мать с ума…

Мне видится картинка:

Горит-коптит коптилка,

Откуда-то издалека

Мать принесла мне молока.

Замёрзлый маленький кружок,

Надежды слабый огонёк:

Вот, напою-ка сына —

Авось, вернётся сила.

Но в голове моё сознание

Качает тенью ламинария.

Без мамы молока не пью:

Как обделить мне мать свою?

Я в ней души не чаю,

Собою угощаю…

Читаем вслух «Евангелие»,

Мать призывает ангелов.

– Отец Всевышний, помоги…

Прости грехи… прости долги… —

Молитвы оба мы поём.

Мать – за меня, я – за неё.

На стенке рядом три лица:

Лик Бога,

Сталина,

Отца.

Смотрю на эти лица,

Молюсь – не намолиться.

Я всем троим молиться рад

За мать, себя, за Ленинград.

Соседи из барака

Слыхали, как я плакал.

Слезою каждый взгляд мерцал:

Глаза – раскрытые сердца.

А мама:

– Сыночек, глазки закрывай,

Послушай песенку про рай.

Ты помнишь, дядя Вася

Однажды домик красил?

Потом вы плыли на бревне

К прекрасной, сказочной стране?

Не зря для вас он так старался,

За рай земной ведь он сражался,

Ведь красным конником он был,

Он у Будённого служил,

За рай тот многих погубил…

Я маму, слушая, не слышу.

Шуршат в углу барака мыши.

В мозгу больная круговерть:

В тенях барака вижу смерть.

Гляжу я в мамины глаза:

Что в утешенье ей сказать?

Я всем усилием души

Стараюсь боль свою глушить:

Смеюсь сквозь слёзы, но невольно

В движенье вскрикиваю болью.

И вижу: каждая слеза —

Удар по маминым глазам,

При каждом стоне, мне казалось,

В тоске душа её сжималась.

И я от страха цепенел,

Зажав дыхание, терпел.

А мама мне в тиши ночи

О душ бессмертии журчит,

О том, как Божий сын Христос

Всем нам спасение принёс,

Во имя нашей жизни вечной

Он принял муки человечьи.

И я, как Он, хотел терпеть,

Прогнать больную круговерть…

Ведь боль моя – для мамы смерть…

И в эту смерть мне как не верить?

Ведь умерла подружка Вера.

В мороз, в метель малютку белокурую

Тащили мы ко мне с температурою.

Я за значок, казалось мне, красивый, красненький,

Для кукол трём своим подружкам, трём сестричкам,

Резал галстуки,

На рынке мамой выменян запас для юбки.

Как Верочка смеялась! Веселилась!

Розовели щёчки, губки.