Башня Континуума. Слава Резонансу

В этих стенах располагались тысячи магазинов, торгующих чем угодно – от подержанного хлама до бриллиантовых украшений стоимостью в десятки миллионов империалов. Рестораны, кофейни, пиццерии, устричные, кондитерские, бары. Нотариальные конторы. Юридические фирмы. Похоронные бюро. Часовни. Роскошные бутики. Крытые катки. Офисы. Гостиницы. При желании в Копилке можно было провести целую долгую, полноценную жизнь, никогда не покидая здание. Разумеется, если хватало финансовых средств. И если вы не страдали агорафобией, клаустрофобией или боязнью высоты.

– Я ведь сказал… уютненько, будто в склепе.

– Ничего. Со временем вы полюбите это здание. Как ваш старший брат. И как ваш отец. И как отец вашего отца… Только умоляю, будьте поласковей. Помните, наша девочка, наша Свиночка-Копилочка, еще совсем малютка, она еще растет.

Само собой, Дэниэл решил, будто дряхлый упырь выжил из ума, и не сумел удержаться от смеха.

– Быть поласковей? С этим зданием? Постараюсь. Хотя нежности – явно не моя стихия.

– Да, и леди Ланкастер уже могла бы немало рассказать нам об этом, – пробормотал Мерфи вполголоса.

Дэниэл моментально вскипел.

– Заткни пасть, старый хрен! Это не твое собачье дело!

Адъютанты за спиной Мерфи зашевелились, но старик сделал едва заметное движение бровями, и они тотчас успокоились.

– Мистер Ланкастер, приберегите вашу молодую прыть для занятий поинтересней, чем оскорблять немощного старика, ха-ха-ха. Не стану больше задерживать вас, ступайте. Ваш секретарь проводит вас в кабинет.

Дэниэл поднялся.

– Но… в чем именно заключаются мои обязанности?

Мерфи утомленно вздохнул. Ему явно не терпелось остаться наедине с отчетами о продажах Девятьсот Двадцатых и шампанским. Мог он позволить себе расслабиться раз в сто лет. Буквально.

– Поскольку умственными способностями вы явно не блещете, будем вводить вас в курс дел постепенно, чтобы вы не перетрудили ваши восхитительные мозги. Привыкайте. Обживайтесь. Походите по офису, познакомьтесь поближе с сотрудниками.

– Да?

– Учитесь.

– Чему?

Глаза Мерфи блеснули. И на секунду Дэниэлу показалось вдруг, что немощность старика сплошь напускная, и он вот-вот выпрыгнет из своей инвалидной коляски и пустится в пляс. Это было неприятное ощущение. Казалось, Мерфи весь, от начала до конца, фальшивый, ненастоящий.