Как устроена Вселенная. Для любознательных

А я все никак не мог дождаться апогея празднества, когда в конце вечера, на прибранный от предыдущих блюд стол, к чаю будет подан шедевр бабушкиного кулинарного искусства – Наполеон. И мне на тарелочку положат, отрезанную от него, большущую порцию. Я ел его ложечкой и каждый кусочек таял во рту, не дожидаясь, когда его разжуют.

Пишу эти строки, и почти ощущаю вкус бабушкиного Наполеона – радости моего далекого детства…

* * *

Давка

Что такое «давка» помнят сейчас уже немногие. Не бешеный напор толпы на стадионах и не истеричная паника в случае катастрофы, а обычная такая житейская давка, когда множество раздраженных людей стоят в длинной очереди за чем-либо…

Было время – жарким летним деньком в пивной ларек, что рядом с пляжем, в ожидании привоза пива, выстраивалась большущая очередь-хвост.

Народ подтягивался по одному и группками. Пехом и на великах. В руках стиснуты заветные свертки. Сушеная тарань, лещ или, пропитывающие ароматным жирком газету насквозь, рыбцы. Счастливчики, успевшие занять стоячие места у нескольких высоких столиков, раскладывали на бумаге здоровых, усатых, оранжевых раков, одуряюще пахнувших укропом.

Раздраженные долгим ожиданием потные мужики то и дело, наклонившись, заглядывали в закрытое и темное окошко ларька, тщетно пытаясь высмотреть там хоть какое – нибудь движение. Внутри все, как будто вымерло. Вырывающийся из страждущих глоток вопрос: «пиво будет?» – оставался без ответа. Но очередь росла, питаясь слухами, что за пять кварталов отсюда уже привезли, скоро привезут и сюда.

Наконец ожидание толпы вознаграждалось. Подъезжал пивовоз – машина типа молоковоза, но в бочке плескался продукт уже не детского вожделения. В ларьке возникало движение. Толстомордые архангелы то ли женского, то ли еще какого-то пола, приступали к таинству приема пивка в огромные емкости. Оживившаяся очередь начинала шевелиться, уплотнятся. Сидевшие то тут то там на корточках пацаны, прихватив авоськи с трехлитровыми баллонами, протискивались на свои места.

Очередь, извиваясь, как живой питон, растягивалась на десятки метров. Сквозь общий голосовой фон стали прорезались нервные восклицания. Диапазон их колебался от интеллигентных: " вас тут не стояло!», до « конкретных»: «а ну вали на… пока тебя… и твою мать…».

Бомжихи, лиловые от синяков и грязи, безуспешно пытались притереться в очередь, строя подбитые глазки таким же похмельным ханыгам. Те посылали их на известный эротический адрес.