Башня континуума. Владетель. Том 1

По прибытии Кит с Терри немедля предстали перед испытующими взорами сотен футур-камер. Обычно Кит не общался с репортерами и тщательно избегал прессы, которая в лучшем случае могла заполучить отменные снимки крепких спин и могучих затылков шести или семи десятков его охранников. Но тут он остановился, прижав к себе Терезу. Футур-камеры застрекотали и защелкали, завертелись, подбирая самые удачные ракурсы и отсвечивая логотипами Три-Ви каналов, среди которых выделялся яркий логотип государственного медиа-конгломерата «ИСТИНА инк».

– Лорд Ланкастер, как поживаете?

– Улыбнитесь.

– Прокомментируйте слухи о перестановках в правительстве и рассмотрении в Парламенте так называемого Закона о Сочувствии, направленного на борьбу с сепаратизмом на Особых Территориях Империи.

Закон о Сочувствии? Перестановки в правительстве? Терри растерянно подумала, что ей стоило хотя бы иногда смотреть выпуски новостей. Кит, впрочем, был в курсе и отвечал на вопросы живо и толково, не забывая улыбаться и позировать, крепко держа Терри под руку и легонько подталкивая локтем, чтобы жена тоже не забывала улыбаться.

Чуть позже Терри поняла подлинную цель общения Кита с репортерами. Он открыл рекламную кампанию Девятьсот Двадцатых, принципиально новой серии спин-передатчиков на основе многофункционального Чипа Стандартного Дружелюбия.

– Без ложного преувеличения, Девятьсот Двадцатые станут величайшим прорывом в индустрии с момента собственно изобретения спин-связи. Принципиально новый формат коммуникаций. Прежде недостижимое качество связи равно на близкие и сверхдальние расстояния.

В высшей степени доступные и демократичные цены. Превосходный дизайн. Удобство и многофункциональность. Ожидайте в наших фирменных магазинах к следующему Рождеству…

Держался Кит великолепно, вежливо, но напористо, объясняя миллионам зрителей, а, следовательно, потенциальным покупателям, почему они должны, затаив дыхание и отказывая себе в самом необходимым, копить денежки на новинку тысячелетия. Пока муж блистал своей аристократической статью, Терри думала, что лишь похвальное отсутствие тщеславия помешало Киту стать звездой экрана.

Закончив речь, он чопорно раскланялся и потащил Терезу за собой в здание Музея, куда пресса уже не допускалась.

Когда они вошли, у Терри в глазах зарябило от бриллиантов, смокингов, напомаженных и завитых локонов, вечерних платьев, глубоких декольте, золота и мехов. Терри заметила многих знакомых из высшего общества и всяких напыщенных знаменитостей.