Башня континуума. Владетель. Том 1

Ты зачем приехал? Я ведь дал тебе пару дней передохнуть.

– Спасибо, но я вдруг понял, что соскучился по работе. И по тебе тоже.

Гордон сильно сомневался в том. Долгие недели своей предвыборной кампании он не расставался с Бенцони почти что ни на миг. Скорее всего, глава администрации опасался хоть на мгновение оставить губернатора без своего бдительного присмотра, не желая, чтобы Гордон натворил чего-нибудь.

– Ну, рассказывай, Гордон. Как дела? Как оно?

– Чего – оно?

– Твое просветление.

– Я бы чувствовал себя стократ более УМИРОТВОРЕННЫМ, если бы меня не дергали каждые ПЯТЬ МИНУТ!!! – отчаянно проорал Гордон, мигом побагровев.

Впрочем, почти сразу он стиснул зубы и опять превратился в замкнутого, мертвенно-бледного самурая, полного до краев риса, овощей и истинной духовности.

– Хватит глазеть на меня. Садись. Будешь чаю?

Бенцони с нескрываемым сомнением поглядел на пиалу, где в мутном коричневом отваре пожухлыми ладьями плавали какие-то бурые листочки.

– Что это? Отвар из поганок? Мухоморы?

– Просто травяной чай!

– А ты уверен, что твой травяной чай не опасен для твоего здоровья?

Гордон так нехорошо посмотрел, что Бенцони решил прекратить расспросы, чтобы не лишиться престижной и высокооплачиваемой должности главы администрации губернатора. Уже многие соратники губернатора пали невинными жертвами его увлечения астролябией, и Юджин Бенцони не испытывал желания пополнить ряды этих бесстрашных диссидентов.

– Не понимаю, почему многие люди относятся с таким скептицизмом к моим поискам себя? К моей тяге к духовному усовершенствованию? Все это оттого, что они не имеют понятия об истинной духовности.

– Ты и сам не имеешь ни малейшего понятия о ней.

– Чего?

– Ничего.

– Раз ничего, то, извини, меня зовет Просветленный.

– Кто?

– Просветленный! – прорычал Гордон.

Бенцони прикрыл глаза.

– Попроси его обождать. Я по делу.

Тесное знакомство с местными реалиями безошибочно навело Гордона на мысль, что через Бенцони с просьбой обращается кто-то из лендлордов. Оставалось молиться Просветленному или кому-то еще, что речь идет не о территориальном споре. В том, что касалось дележа угодий или сфер влияния, нынешние лендлорды вели себя стократ цивилизованней, чем их пращуры в славные времена Свободной Торговой Колонии.