Увидимся в Сен-Тропе

– Ну почему ты нас с Евой так сильно не любишь?

– Еву я люблю, а вот ты – самая настоящая сука!

– Вот же говнюк!

– Из-за тебя мой лучший друг страдает вторую неделю, никуда не ходит, дома сидит. Зачем ты его так жёстко отшила? Он же в тебя втрескался прям как лох, по-настоящему. Хотя я предупреждал его, что хорошим это не закончится. У него голос как из задницы, а посмотреть на тебя – светишься вся, довольная такая сидишь, смеёшься. Даже не вспоминаешь бедного…

– Влад! Давай закроем эту тему, ладно? Мне не нужен мальчик, который не может банально сдержать обещание.

– Ты про что?

– Сначала уговаривал на уик-энд в Париж слетать. Я сразу заявила, что не собираюсь с ним в одном номере жить. На что он сам сказал, что и не собирался мне такого предлагать и что будут два раздельных номера. У меня шенген закончился, он пообещал, что и этим займётся. Даже паспорт просил ему передать. И что в итоге?

– Ну, он просто завалил учёбу и попался под горячую руку отцу, а тот заморозил все его траты.

– Вот именно, мне не нужен сопляк, который даже в туалет сходить без папиного разрешения не может.

– Ничего себе, сравнила Париж с туалетом.

– Я не сравнивала Париж с туалетом! Это сделал ты.

– Да конечно, знаю я тебя, если захочешь – можешь гадость сказать про что угодно.

– А что не так-то? Кстати, вспомнила про Париж, там, между прочим, очень сильно воняло дерьмом почти до девятнадцатого века, дорогой мой Владик. Карамзин, путешествовавший тогда по революционной Франции, был просто морально травмирован парижским сочетанием роскоши и нищеты.

– Нет, мне он лично не говорил, – заржал Влад.

– Задержаться на террасе сада Тюильри. Оттуда Париж выглядел захватывающе и не шокировал гостей своей невыносимой вонью. А идти дальше Карамзин уже не рекомендовал, потому что воняло, – недовольно констатировала Элина.

– Точно! Вспомнила, – подхватила я. – Сын Карамзина через много лет в письмах же описывал своё прибытие в Париж очень смешно, что-то типа: «ближе, ближе, – завоняло! ужасно завоняло! Ура!!! Мы приехали».

– Словно по нотам, детка! Десяточка твоя!

– И тебе, бейба, неси дневник!

И мы глупо рассмеялись. Влад смотрел на нас в полном недоумении и даже как-то… жалостливо.

– Ева, ну ладно она выёживается, но ты-то чего? – покрутил у виска наш друг, затем ещё и постучал по столу костяшками пальцев. – Вот, девчонки, хотите совет?

– Нет! – в унисон ответили мы.