Скромняшка

Теперь бы умудриться незаметно домой слинять.

– Я быстро. Подождёшь меня? – неожиданно спрашивает Максим, наклонившись ко мне, когда мы остановились чуть в стороне, под раскидистой ольхой, спускающей потяжелевшие ветки с серёжками мне до плеч.

– Д-да… – хлопаю глазами.

– Отлично! Выступили и харе тут зависать. Кстати, ты держалась молодцом! Зря я волновался!

– Спасибо. – похвала от Максима вызывает взрыв восторга и одновременно сильное смущение. Утыкаюсь взглядом в обувь. Кстати, тётя женя предлагала свои туфли, но я всё равно настояла на своей обуви.

А то и так действительно, словно собственную дочь собирала. Если подумать, то на Максима и внимания не особо обращала. Так, принеси, подай, ещё и завтрак разогрей. И одежду он всю сам погладил. Ему, наверное, обидно было?

– Эй, что опять? Ты на сцене увереннее держалась, чем сейчас. Или хочешь до конца здесь побыть? – спрашивает настороженно, вглядываясь мне в лицо. Для этого ему даже присесть пришлось, чтобы снизу-вверх заглянуть. – У меня три часа ещё до репетитора есть, прогуляемся?

– Угу.

 – как-то непривычно, что кто-то так чутко реагирует на все происходящие изменения в моём настроении. Честно говоря, даже сбежать хочется. Правда остаться хочется больше и как можно дольше! Я вообще хочу хоть раз в жизни с кем-нибудь погулять так, как это делают друзья: просто побродить по городу с шутками и весёлым смехом, зажёвывая вкусную, купленную по дороге еду и запивая её газировкой! Я это как-то так представляю.

– Никуда не уходи, обещаешь? – зачем-то переспрашивает он.

Да меня теперь танком не сдвинуть!

– Не уйду. – обещаю, отчего-то вновь смутившись и он убегает в сторону крыльца.

Глава 8

Н-да, танком не сдвинуть, а Нинка с подругами смогла.

Меня ж как тростиночку на ветру болтает, а они девки высокие, мощные, кроме Томки. Та фигуристая, но кость у неё толстая.

Минута и я уже в кустах за школой. Здесь раньше теплица была, а теперь от неё лишь остов и битые стёкла. Вот на эти стёкла меня и швырнули.

Беспомощно оглядываюсь. Напрасно. Никто не видит. Вокруг все заросло клёном так, что нас совсем невидно.

Колени больно, но я терплю не показываю.

– Колготки… – ужасаюсь, поняв, что порвались. Ладно бы просто коленку порезала, так ведь через колготки же! А такие и на зашьешь.

Несмотря на боль встаю, чтобы не запачкать форму.

– Ой, заплачь ещё! – видно всё-таки уловили гримасу боли на моём лице.

Меня окружают с трёх сторон.