Повесть и рассказы

Покрывала, как паруса, набирая тугими ткаными легкими потоки, перемешанные с многочисленными песчинками, затеяли веселую игру «удержишь – не удержишь» со своими спасителями.

Ураган. Поднялся настоящий буран из смеси песка, водной пыли и редких крупных капель, срывающихся с низкого неба. Вот уже по краям под натиском мощных порывов стали складываться сухие деревья. Одно из них упало точно на стол, где был спрятан пакет с фонариками. К счастью полог стоял в глубине леса, куда тесный барьер из густорастущих осин, тополей и вязов, фильтруя, пропускал лишь тихое веяние.

Поместились все. Грызли печенье, сидели и восхищались, словно зрители в огромном кинозале, силой и диким великолепием первозданного мира.

Дождь ударил неожиданно. Ветер как-то резко стих. Поток бил настолько плотно, что за ним не было видно даже края воды, хотя отделяло всего-то семь-восемь десятков метров, не говоря уже о противоположной стороне, до которой было не меньше километра. Мощные струи колотили в натянутую крышу полога подобно тысячам барабанных палочек, с невообразимой скоростью стучащих по тугой пластиковой мембране.

От этого внутри было… С чем бы сравнить? Доводилось ездить по русским дорогам на русском автомобиле без глушителя? Вот, что-то похожее.

– Подай воды!

– А?

– Воды, говорю, подай!!!

– Чё?!

– Да, ладно, я сам уже.

– А?

Снаружи пелена. Внутри ничего не слышно, только шум, превратившийся в гул. Укутались в одеяла, греемся сладким чаем. И вдруг… оглохли. Сразу, массово. Звук выключился полностью, казалось после дикого рева.

Что это? Переглянулись, осмотрелись. Так же не видно берега, так же держится над землей водяная дымка, поднимаемая несчитанными тоннами, ниспадающих из хлябей небесных. Но абсолютная тишина.

Я вышел и обомлел. Такое, действительно, встречаешь раз в жизни. Ровная стена, резко очерченная граница разделяла две стихии. Как волшебное зеркало – шаг и ты оказываешься в совершенно другом мире. Развел руки в стороны. Одна сразу промокла до нитки, на другую не попало ни капли… Стена отодвинулась на несколько метров, потом ещё, ещё и ещё.

Вот она уже на воде, где намного отчетливей прорисовывалась граница между кипящим бешенством и абсолютной безмятежностью. Словно невидимая рука провела незримую, но вполне осязаемую черту, которую ненастье не в силах было преодолеть. Вот уже видны очертания противоположного берега. Вот стали различимы кроны деревьев, силуэты домиков. Вот проявились заборы, столбы. Дождь ушел.