Пьесы. Русский театр

Терпи… терпи…

БАРАБАШ (готовит импровизированный стол-ужин). Опять какой-нибудь мораторий придумали…

СЕРГЕЙ. Не может быть. Нам остановиться сейчас, – что смерть! Нам только вперёд, и вперёд, и вперёд (заканчивает перевязку). Ну, вот, всё. Счас поесть принесу.

БАРАБАШ. Понятное дело. Только очень похоже.

СЕРГЕЙ. А ты знаешь, что такое мораторий по словарю? Отсрочка по платежам вследствие чрезвычайных обстоятельств. Понял? Человеку с фантазией понять несложно: предательство это, чистое предательство.

НЕСТР (присаживаясь рядом).

Ну-ну, потише с выводами.

БАРАБАШ. А что, не так? Не война, а какая-то игра в кошки-мышки, причём кошке то и дело навязывают роль мышки.

СЕРГЕЙ. А жить-то как дальше!

НЕСТР. Ты сейчас выживи, сосунок! А о будущем будешь думать, когда… в мамкино плечо уткнёшься.

СЕРГЕЙ (горячась). На тои рассчитывают: молчи, не думай, не бери в голову, живи проще! Надеются, что мы, как стадо баранов, будем только жалобно блеять – и умирать, умирать, умирать!

БАРАБАШ. Да охолонь ты, не заводись.

Ишь, якой горячий молодой! Всё правильно говоришь. Всё так и есть. Но. Нестр прав: нельзя отчаиваться. Что там будет, никто не знает. Какой там сценарий у Господа. А жизнь наша – это вот сейчас, в это мгновение, и только за него мы можем поручиться. А уже за следующее – никто не может! Ясно тебе? Не наше это дело – думать кто, да что. Нехай политики ломают голову, чего им с самими собой делать… А я, к примеру, жизнь ж и в у ю люблю! Знаешь, что такое «живая жизнь»?

ТИМОФЕЙ (хриплым слабым голосом).

Ну-к, скажи…

БАРАБАШ (кивнув с усмешкой в сторону Тимофея). А вот что. Это когда… она… эта самая жизнь… со смертью, как подружки под ручку прогуливаются, словно девки, хохочут, сплетничают меж собой… разрумянятся!.. А у тебя кровь по жилам, как Терек по камням, так и скачет!

ТИМОФЕЙ. Во даёт… ой! (корчится от боли).

СЕРГЕЙ. Ты там не напрягайся, подремли лучше, квохчешь! (Обращается к Барабашу.) А ты что ж это, серьёзно?

НЕСТР (немногословный по природе, перекусив, уходит вздремнуть в сооружённое наспех укрытие из ящиков от снарядов).

Конечно, серьёзно. Ты слушай этого казака, не т о ещё услышишь.

БАРАБАШ. А что тебя смущает? Погулять по горам, по долам, по весям – куда ещё жизнь потратишь? Сидеть в четырёх стенах – не для меня. И за бабью юбку держаться тоже, знаешь ли… Казаки мы, братка.

СЕРГЕЙ. А и казаки, так что, смерти не страшно?

БАРАБАШ (напевает). «Что нас ждёт, того не знаем: чёрный ворон – конь лихой.