Надеждой тешусь…

Новые ухажёры не заставляли себя ждать. Москалёву, продолжавшему с ней прогуливаться в обеденный перерыв, как-то призналась:

– Ты ведь понимаешь, я – стерва номер «раз» и прекрасно это знаю, но ничего поделать с собой не могу. Вот с мужем разругаюсь, виновата – на все сто процентов, но три дня не буду с ним разговаривать, пока он на коленях приползёт ко мне, а я ещё и поломаюсь.

Как это выглядит на практике было продемонстрировано однажды прилюдно, прямо в институте. Скинув очередной труд начальнику и не получив от него должных поправок (очевидно, шефу просто надоело работать впустую), Елена, не стесняясь коллег, демонстративно швырнула девственно чистые страницы на свой стол и отправилась курить в коридор.

Примирение наступило очень быстро – в обед шеф покорно сидел рядом со своей подчинённой, что-то вежливо разъясняя ей по существу представленного материала, в то время как отдел дружно собирался на обеденный променад.

Следующим (и, как казалось, заключительным этапом бурно развивавшегося романа) стала организованная профкомом института речная поездка на Волоам.

Такие поездки были достаточно редкими, министерство делиться не любило, и поэтому подобный шанс все постарались использовать по максимуму. Поехали и шеф с Леной, оба – без семей. Что произошло на теплоходе – потом рассказывали месяца три, всячески смакуя детали. Если не вдаваться в подробности, картина представала следующая: в первый же вечер Лена познакомилась в баре с неведомо каким образом оказавшимся на теплоходе швейцарцем, в каюте которого она и провела всё отведённое для водной экскурсии время. На шефа, проведшего тур в унылом созерцании бескрайних российских полей и красот знаменитого острова, было страшно смотреть. Был мрачен, даже немного поседел, однако своих попыток добиться благосклонности подчинённой не оставил. Поэтому, когда через три месяца после неудачного выезда на природу Лена объявила, что ей срочно нужно ехать в командировку в Швейцарию для сбора материалов по новой теме, ей было оказано всяческое содействие. Как ни странно, невозможное свершилось – командировка состоялась, хотя, как все подозревали, в пробивании поездки поучаствовали и более солидные силы. Правда, дальнейших попыток выехать в Альпийскую республику не делалось – видимо, не всё там было просто. Когда же Москалёв с небольшой иронией поинтересовался, как можно организовать подобную командировку, был получен весьма простой и чёткий ответ – «мне предложили».