Когда время становится круглым

– Я шла с детьми… В общем, он ударил меня.

– Это ещё что такое? – Обжора с возмущением воззрилась на Спецназа. – Мало того что детьми практически не занимается…

– Да я ни разу лапу не поднял! – вскричал Спецназ и подбежал к Матери. – Кто? Как ударил?

– Не знаешь, как бьют собак? Бесквартирных собак пинают.

– Кто посмел? Ты же Мать! Ты мать четверых щенков, не считая… Ну, кто прошлое помянет… – Спецназ выхватывает зубами репей, прицепившийся к шерсти на шее Матери, и отбрасывает его в сторону.

– Сутулый с усами? – потягиваясь, произнёс Предатель.

– Да, – обернулась к нему Мать. – На тебя, кстати, очень похож.

– Я его прозвал Тараканом.

– А дети? – обеспокоился Спецназ.

– Думала, тоже пинать будет. Но я их с дороги, чтоб не достал… – поведала Мать.

Спецназ помотал головой.

– Он всех достанет, если я меры не предприму.

Фашист насмешливо фыркнул и вспрыгнул на пень.

– Истинные псы выживут, – самодовольно объявил он. – А эти все, ну, экстерьерные, которые спят с хозяевами в одной постели, помрут.

И это справедливо. Их моют, стригут и даже, возможно, завивают. Разврат! – Фашист покинул трибуну, обернулся к Сплетнице и, состроив презрительную морду, спросил: – Искусственная завивочка?

– Не твоё дело! – огрызнулась Сплетница. – В прошлой жизни, кстати, у меня был знакомый буль с металлокерамическим мостом. И что? Или ему всю жизнь кашку хлебать?

Фашист ухмыльнулся.

– Он должен был умереть. Не сохранил зубы – что ж… Такой закон.

Спецназ поднялся на задние лапы и постучал по срезу пня.

– Звери, мы с людьми живём!

– Мы не взрываем друг друга, – счёл необходимым возразить Предатель. – Впрочем, если взрыв… – Предатель улыбнулся. – Да, это будет и мой подвиг. Не только террориста Таракана.

Спецназ обернулся к Матери.

– Ты его видела. Мать, опасность грозит и твоим детям.

– Мои дети – не только мои дети.

– Я не об этом. Где ты его видела?

Собаки окружают Мать. Все, за исключением прилёгшего на травку Фашиста, а также Предателя, который, стараясь остаться незамеченным, пятится к ближайшим кустам.

– Если туда ломанёмся, такой-то толпой, то всех детёнышей перебудим. Они же рядом, за речкой.

Лежебока подняла взгляд на солнце.

– Тихий час? Кхе! Кхе! Не рано ли? Хотя я тоже полежала бы, да кушать хочется.

– Показывай! – решительно произнёс Спецназ.

– Да-да! – подступила к Матери Сплетница.

– А вы возьмёте да и разлаетесь ни с того ни с сего.