Из жизни пингвинов. Рассказы

Ну а то, что у некоторых из собак иногда срывало крышу, и они вдруг с лаем бросались на пингвинов, да еще и норовили схватить острыми зубами за крыло или и без того куцый хвост, – так то от нехватки витаминов, не иначе.

Еще Пингвин с завистью смотрел на симбиоз собак и людей. В экстремальных для жизни условиях они держались вместе, выручали друг друга. Несмотря на принадлежность к разным биологическим видам, собаки и люди жили как бы одной семьей. «А что пингвины? Мы сбиваемся в кучку, только когда холод становится совсем невыносимым даже для нас, чтобы хоть немного согреться.

Это скорее инстинкт самосохранения, а не какое-то осознанное стремление к коллективному существованию. Семья… Да, мы считаемся однолюбами и верными партнерами, но опять-таки – это объясняется лишь заботой о потомстве, и семейная жизнь длится только в период высиживания яиц и в первый год выращивания птенцов. Да и как тут будешь неверным, когда нас на этой гребаной льдине всего несколько десятков и самки все наперечет?»

Пингвин вспомнил свою семейную жизнь.

Он выбрал себе самку, повинуясь своим внутренним биологическим часам и согласно заведенному суровым антарктическим климатом порядку – то есть в начале местной короткой весны и достигнув половой зрелости. Самка была обычной – здоровой, половозрелой, достаточно крупной. В положенное природой время она отложила яйцо и время от времени подсовывала его ему для высиживания. В эти моменты Пингвин чувствовал свою ответственность как глава семьи, к тому же испытывал нежность и влечение к своей самке, если та при этом находилась рядом, а не уходила на ловлю рыбы. Он пытался, как мог, голосом выразить ей эти свои чувства в надежде, что самка их разделит, ну или хотя бы поймет его. Но самка в ответ выдавала лишь ограниченный набор информации: «Яйцо», «Птенец», «Жрать», «Голова болит»… И Пингвин вскоре оставил свои попытки поговорить с ней об абстрактном. А в конце прошлого лета, во время лова рыбы, его самку сожрала косатка…

Пингвин сосредоточил все свои чувства на птенце.

И тот в благодарность ему вырос нормальным – крупным, здоровым и малообщительным. Вон, стоит в сторонке, один – нет чтобы подойти к отцу, прижаться, как в детстве… Поговорить с птенцом у Пингвина тоже не получалось – тот просто-напросто не понимал его. Ну да ладно – хоть научил его ловить рыбу. А вот у кого птенец научился клянчить еду у людей – непонятно.