Сборник рассказов. Книга третья

Расплатившись в кафе, Денис подвез Светлану до дома. Ей почему-то показалось, что весь этот разговор был лишь предлогом. Не более.

«Он так странно на меня смотрел… Хотя… Наверное, это лишь плод моего воображения. Просто я очень сильно напоминаю ему Женю. По крайней мере, внешне. Я знаю, вижу, чувствую, что он любит ее до сих пор, не желая отпускать, но Женечки уже нет и никогда не будет. Денис стал молодым вдовцом, потерявшим свою жену практически сразу же после свадьбы. Не думаю, что многие смогли бы это пережить, не впав в депрессию, не обвиняя себя или кого-то еще во всех бедах, не злясь на окружающих и весь мир в целом.

Я могу его понять. Я знаю, что ему плохо. Мне тоже плохо, я тоже переживаю боль утраты, и мне очень ее не хватает. Как, в общем-то, и ему. И нам всегда будет ее не хватать. Всегда», – думала она, поднимаясь по лестнице к себе в квартиру.

***

– Ты домой когда вернешься? – Нина Алексеевна вышла из кухни, чтобы проводить дочку.

– Нина, оставь ты ее! Она взрослая девочка, – раздался из гостиной голос отца девушки.

– Мы посидим у Маши пару часиков, а потом я поеду домой. Обещаю быть к десяти, не позже.

– Светочка, позвони мне, пожалуйста, когда будешь собираться домой. И прошу тебя, не садись на попутку, езжай на такси, – назидательно добавила женщина, беспокоясь за дочку.

– Хорошо, мама, – ответила ей Светлана и улыбнулась, обнимая ее. – Папуля, пока! – крикнула девушка отцу, открывая дверь.

– До вечера! – услышала она голос мужчины.

Света вышла из квартиры, направляясь на автобусную остановку, чтобы доехать до общежития, где жила ее подруга и одногруппница, у которой сегодня был день рождения.

***

Никогда не думала, что день рождения у Машки закончится поездкой в больницу. После праздника, около девяти вечера, я направилась на трамвайную остановку, чтобы доехать до дома. Я, конечно, выпила бокал вина, но не злоупотребляла, чтобы мне все показалось. Я стояла на остановке, когда ко мне подошла женщина лет шестидесяти.

Ее глаза широко открылись, на лице читался испуг, граничащий с ужасом. Она крепко схватила меня за руку и начала трясти со словами: «Ты же умерла!» – а затем побледнела и прямо у меня на глазах начала заваливаться, схватившись за сердце. Ее глаза закатились, а губы посинели. Пока я оказывала ей первую помощь, кто-то из прохожих вызвал скорую. Сегодня дежурили Пашка и Наташка, мамины знакомые, ну и мои тоже.