Стихотворения

Отвечаю сквозь первый снег:

я не ангел – я человек,

я – земля, я из глины весь…

Я давно похоронен здесь.

«Так пасмурно, что нету небосклона…»

Так пасмурно, что нету небосклона

и некуда мечтать.

Вот лобачевская ворона:

пропала, появилась и опять

исчезла, и внезапно показалась —

и с глаз долой средь бела дня,

как будто вся во времени осталась…

Как мало времени осталось у меня.

«Нежнее инея в зверином ухе…»

Нежнее инея в зверином ухе,

сосков малиновых на сучьем брюхе —

не имя, а снежинки костный хруст

от дуновенья Бога; Божьих уст

взыскуют твёрдые уста сибирской стужи,

звезды полярной зрак становится всё уже,

всё глубже вдох, всё ближе к Богу Бог,

и в хрусталях – мертвец чертополох;

али репейник сам себя сосёт —

сосульку сладкую – и не произнесёт

никак своё большое имя смерти,

не чуя сквозь сугроб чугунной тверди.

«Маленький человек…»

Маленький человек,

мальчик – щека в песке:

глина у нас, как снег,

тает сама в руке.

Если тебе не лень —

вылепи воробья…

Ангел отбросил тень —

Господи, это я.

«Буду водой стоять…»

С.

Буду водой стоять

к дамбе лицом – и течь

в шлюзы за пядью пядь,

так распыляясь в речь,

так испаряясь весь,

чтоб Иисус босой,

если вернётся, здесь

ноги омыл росой.

«Ты в воду посмотришь – потом из воды…»

Е.

Ты в воду посмотришь – потом из воды:

твой взгляд голубые оставит следы

на небе, водой отражённом,

на небе, травой окружённом.

Ты в воду смотрела, как смотрят в неё,

взыскуя грядущего. Это питьё

осталось на пальцах от Бога —

немного, ты знаешь, немного.

Ты трогала каплю – не узел, а связь —

куда она делась, откуда взялась —

и дула на воду, сквозь слёзы смеясь,

и дула, как после ожога.

«Живой и мёртвый, с вечностью во рту…»

Живой и мёртвый, с вечностью во рту,

где прямо с неба оды пьёт Гораций,

где зренье продувает пустоту

до обморока, до галлюцинаций, —

живой и мёртвый, здесь я говорю

о том, что я ещё с тобой побуду, —

так говорю земле и снегирю,

а значит – ангелу и чуду.

«Под крышкой пусто. Нет, под нею…»

Е. Шароновой

Под крышкой пусто. Нет, под нею

подвал и пыль похмельных дней.

Пустой кувшин поёт сильнее,

и заунывней, и страшней.