Катастрофа в Раю (статьи, доклады, интервью)

Отлучите от Церкви всех, кто сейчас в России развращает народ. Отлучите их от Церкви. Любых, и депутатов и всех, всех. Если ты имеешь отношение к этому – ты отлучаешься от Церкви. Они, конечно, это категорически замолчали. Так что это фальшивка – нынешнее объединение Церквей. Не буду говорить Вам о личностях. Я знаю, но говорить не буду. Митрополит Виталий, например, не стал объединятся. Это было фальшивкой, это объединение, и это, конечно, работа органов, их и наших. Почему? Когда была холодная война и Зарубежная Церковь занимала свою позицию, которую она была должна занимать, то Америке это было выгодно.

А теперь, когда Россия разваливается в результате деятельности их агентов, которые нами правят, и когда она разваливается вот так вот, им не выгодно, чтобы там было противление этому делу. Этим бандитам не выгодно, чтобы было противление. Они объединились, ФСБ, ЦРУ, и сделали это. Я думаю, что они нашли общий язык. Потом были моменты угроз. В частности, наш собор в Монреале дважды горел. То никогда не горел, а тут вдруг дважды загорелся. Теперь еще и исчезновение иконы, и убийство Иосифа Муньоса.

– Я стихи написал на эту тему.… Его так и не нашли?

– Нет, его нашли, но его замучили. А икону не нашли. Есть такая версия, не знаю, насколько она обоснована, что он, предчувствуя, отдал её кому-то из своих друзей. Если это так – то это хорошо. Видимо, им сказали – вы хотите, как Муньос? Тогда давайте, объединяйтесь.

– Спасибо. Еще несколько коротких вопросов. Как Вы относитесь к поэзии Айги?

– Дело в том, что он много писал на своём языке.

– Он писал на чувашском языке?

– Да, на чувашском. И поэтому мы не можем много судить о нём.

– Я думал, что он много писал на русском.

– Нет, на чувашском.

– Вы общались с Сапгиром?

– Да, немного, но общался. Сапгир, Холин, но это было далеко от нас в творческом смысле.

– Скажите, такие поэты, которые формировались вместе с Вами – Кривулин, Бродский……

– Я Бродского не люблю

– Почему? Он Вас любил.

– Да, любил. Могу сказать, почему. Бродский поэт малых форм. Вот его «На Васильевский остров я приду умирать» – хорошо. А когда он начинает замахиваться на всевозможные огромные полотна, он не владеет ни образом, ничем. Недавно я смотрел документальный фильм о немецких актрисах, которые играли во времена Геббельса.

– Да, да.

– Видели? Обратите внимание, там та актриса, которая играла в фильме «Дорога на эшафот», и там же стихотворение Бродского приводится.