Место встречи повсюду. Стихотворения, эссе, интервью.

Да и смешного попадалось немало: при ответе на вопрос «Какие блюда вам нравятся?» класс разделился на хищников и травоядных – любителей шашлыка и столичного салата, лишь зубрила Салаева Нурана оказалась истинным homo sapiens и, продемонстрировав соответствующую эстетическую составляющую своей натуры, ответила: «Золотистые».

Оформлялись эти анкеты, как правило, одинаково: сердца, пронзенные стрелами и сочащиеся красной чернильной кровью. Довольно безвкусно. И даже сверхпопулярная в те годы жвачка “Love is…” не подслащала бочку дегтя.

Когда пару лет назад я узнал об одной из версий того, почему это графическое изображение сердца используется как символ любви, то был мягко удивлен и разулыблен. Голдино Пранзароне – профессор одного из колледжей в Вирджинии – проанализировал «важнейшие литературные свидетельства и гипотезы из мифологии и вторичных источников» и пришел к выводу, что символическое сердце – это женский зад.

Как пояснил исследователь в интервью Discovery News, греки особенно ценили в женской красоте именно зад.

«Греческая богиня красоты Афродита была красива всеми частями тела, но особенно – ягодицами, – рассказал он. – Ее округлые формы настолько ценились в Греции, что в честь Афродиты Каллипиги – буквально Прекраснозадой – построили специальный храм. Вероятно, это было единственное в мире религиозное строение, посвященное воспеванию ягодиц».

Впрочем, Пранзароне заметил, что греческий символ любви не имел такой выемки сверху, не был сильно заострен снизу, и тем более не окрашивался в красный цвет.

Исследователь предположил, что современный символ возник позднее, когда греческое начертание переняла католическая церковь. Тогда же графическое сердце было увязано с анатомическим, считает профессор.

7.

«…вещи уже существуют, нам нет нужды их создавать; нам нужно лишь уловить взаимоотношения между ними; и именно нити таких взаимоотношений образуют ткань поэтических и музыкальных произведений».

Малларме, интервью для «Эхо Парижа», 1891.

8.

Ogul, oxu atan kimi ess?k olma. В зависимости от местонахождения запятой меняется значение: запятая после “oxu” – «сын, учись, не будь ослом, как твой отец»; запятая после “kimi” – «сын, учись как и твой отец, не будь ослом». Не знаю, обращали ли внимание на еще один, эллиптичный смысл этого высказывания… Ogul, oxu atan kimi [yayi gizl?dib] ess?k olma[16 - «Сын, пустив стрелу [не прячь лук], не становись ослом».