Конец присутствия

Солнце тепло отдает:

Утренние слезы орбиты глаз покидают кометами

На небо из моего пупа поднимается луна

ее пыль это звезды, ими обездвижен космос

ночь: все больше пыла в Большой Медведице

Большая Медведица это знак, и она судьбоносна

Исход моего сна возвращает назад пустоту

в ней сухо взрывается неясная тоска. –

свет приходит с востока значит Ex oriente lux

значит, блеск тоже может прийти с востока

Сижу, согнувшись в плетеном кресле, одной рукой

поддерживаю лоб, любимую чашку держу другой

в ней порошок в ожидании – я тоже жду вместе с ним

того, что на моих бессонных глазах сотворит мне кофе

Мигают откуда-то издали

Она пудрит старческую кожу

и затеняет молочные усики

он советует старикам бастовать на скамейках

детям устраивать сквоты

Мигают откуда-то издали ей и ему

дружественными цветами

одна серая звезда и одна красная

Оба стоят и смотрят

на небо, она гасит свою последнюю сигарету:

вот они расправляют

крылья и взлетают

Следующим утром:

По скамейкам в парке

растерты сухие крошки хлеба.

В только что занятых домах

стоя босиком на кухнях сквоттеры

грациозно имитируют жесты вчерашней пары.

Я, листок

Вот я появляюсь на ветке

я расту, пока –

не поплыву по воздуху…

несомый ветром

таково мое первое и последнее чувство

свободного падения во –

Я, листок.

Гнило и сыро

но я не устаю взывать к милосердию естественного

распада, распевая:

«По возвращению на ветку свою тоскую, где

вылупился из почки, чтобы пойти по миру»

Я, листок.

Ни одна книга не раскроется

В окне во двор

встает женщина, облокачивается

о подоконник, наблюдая

послеобеденное тепло –

она вытирает пот со лба влажной тканью

во дворе всё чередом:

сосед вычищает свой гриль

Из гнезда на березе выглянет сорока

и спрячется, его часы

тикают, мужчина оглаживает обивку

комический мим, в кресле

В другой комнате

подушка крупно, рот открывается

между рядами зубов тянется длинная нитка слюны

затем обрыв

Он перелистывает страницу, до пятницы

будет пасмурно.

Она протянула руку

и его плечо напряглось.

В другой комнате

сквозь прутья кроватки выпал плюшевый зайка. – О, там

ни одного спящего ребенка.

Это просто заяц, он бдит.

Стенной шкаф клацает, он и она отражаются в

окне. – О, там нет ни одной смущенно молчащей пары.