Единственный

Вслух же:

– Разведёмся? – отзеркалил её вопрос.

Даже не надейся…

– Ну, да, – смутилась Аида. – Разве нет?

Повторно усмехнулся. И промолчал. Не стал травмировать её психику ещё больше. По крайней мере, не сейчас.

– И всё-таки? Мы же совсем не знакомы, – не сдалась моя новоиспечённая жена.

Жена…

Непривычно.

А ещё дождь пошёл…

И сильный.

– Для того чтобы узнать человека, вовсе не обязательно общаться с ним, – отозвался, стаскивая с себя пиджак. – Например, для того чтобы узнать тебя, достаточно лишь раз взглянуть, – высказался и накинул пиджак на хрупкие плечи, пока их обладательница совсем не промокла.

Хотя это вряд ли спасло её волнистые локоны, за считанные секунды ставшие мокрыми и облепившие симпатичное личико. Хорошо, вертолёт к посадке пассажиров оказался готов.

– К тому же, целиком и полностью узнать человека фактически невозможно, так что, как по мне, это напрасная трата времени, – продолжил я разговор, взяв собеседницу за руку, поведя ближе к вертолёту.

 – Иногда мы и сами себя не знаем. Могут пройти долгие годы, а потом, прогнувшись под те или иные обстоятельства, человек изменится до неузнаваемости.

На телефон пришло сообщение, и я отвлёкся. Аида не ответила. Внутрь лётного средства залезла сама, без моей помощи. Прижалась к спинке пассажирского сиденья и прикрыла глаза.

– Сядем сразу на территории аэропорта, там нас будет ждать чартер, – сообщил ей, продолжая уделять внимание своему гаджету, пока вертолёт взлетал.

Потратил минут десять.

Перед тем, как покинем Эр-Рияд, было необходимо уладить ещё несколько дел. И зря я привычно сосредоточился на своём, позабыв о том, что теперь не один и отвечаю не только за себя. К тому моменту, как вся моя переписка и общение закончились, моя спутница по-прежнему вжималась спиной в кресло, зажмурившись, цепляясь за ремень безопасности дрожащими пальцами. Дышала при этом коротко и отрывисто, словно ей катастрофически не хватало воздуха, вся побледнела.

– Аида? – позвал, пытаясь понять, что именно вызвало такое состояние.

Не отреагировала. Даже после того, как я обхватил её за плечи, разворачивая к себе.

– Аида! – позвал требовательно, слегка встряхнув.

Она вздрогнула и, наконец, открыла глаза.

– Что с тобой?

Да, дебильный вопрос. А ещё не менее дебильное ощущение того, что это я виноват. В том, что не заметил сразу. В том, что не знаю, что с ней происходит сейчас. В том, что не имею не малейшего понятия, как это исправить.